Слова, которых нет

Тогда возможное нападение настоящего на прошлое будет прогнозируемым, а не внезапным.

– И что ты предлагаешь?

– Не знаю.

– Тоже мне предводитель секретного общества.

– Эй, – Флёр обратилась к Элизабет. – А ты что думаешь об этом, Мешен?

Элизабет в это время подбирала мусор возле границы, складывая его в мешок из-под черепа. Дости бегал рядом и помогал ей. Она оглянулась, посмотрела на Флёр, а потом указала на себя пальцем.

– Праздник объединяет людей, – робко проговорила она.

Ник ждал, когда Флёр что-то скажет.

Подкинет идею, сформулирует план действий. Да хоть что-нибудь. Но она сказала лишь «Оревуар» и ушла из сумеречной зоны, махнув рукой.

* * *

– Она все время так делает, – Ник ударил кулаком по полу. Звук получился глухой.

Но, похоже, этот эмоциональный всплеск совсем не заинтересовал продавца из «Комикопии», он лишь лениво перевернул очередную страницу комикса «Блэксад» c изображением антропоморфного кота на обложке. А вот посетители начали перешептываться.

– Трудно понять, насколько она вообще серьезна. И я говорю «она», потому что она даже имени своего не назвала. Глупо. Трудно доверять человеку без имени, и уж тем более серому.

Джим поправил очки, а потом бросил взгляд, полный презрения, на Ника.

– Эй, нытик, ты покупать что-то будешь? – спросил он. – Или пришел сюда только поплакаться?

– Я же купил «Нюка-Колу».

– Здесь не кафе.

– Ладно, дай мне магнит с Черной Вдовой.

– С тебя пять баксов.

– Дороговато.

– Ты просто мало зарабатываешь.

Ник нехотя положил купюру на прилавок.

– Но проблема не в ней, – продолжил он. – А в людях, которые могут помешать мне… точнее, нам вернуть исчезнувших. Общество напряжено, и кто знает, во что это выльется.

– Ксенофобия – часть человеческой сущности.

– Но даже у нее должны быть пределы.

Джим усмехнулся, то ли потому, что прочел смешной момент в комиксе, то ли потому, что услышал что-то забавное.

– Однажды мудрец спросил у злого человека: «За что ты ненавидишь евреев?» – произнес он, не отрываясь от комикса.

 – И тот перечислил все стереотипы, которые знал, и несколько только что придуманных. Мудрец улыбнулся и ответил, что это не точные данные, что их нельзя применить на всех евреев, а потому это глупо, ненавидеть кого-то на национальной почве. Потом мудрец спросил: «За что ты ненавидишь черных?» – и вновь услышал неточную информацию, стереотипы и выдумки. Злой человек почувствовал себя глупым.