Подглядывая в будущее

– Да хватит! – громко воскликнула Вероника и ударила кулаком по раме мольберта. От удара холст пошатнулся. Ника, очнувшись от воспоминаний, рефлекторно схватила картину, а бокал вина выскочил из руки, со звоном ударился об пол и разлетелся вдребезги. Вероника закрыла ладонями лицо и заплакала. Так происходило по вечерам после тяжелых дней. Накопленный за рабочий день негатив вырывался наружу. Такой слабой и ранимой Нику никто и никогда не видел. Такой её знали только мольберт, лёгкий халат и бутылка вина.

Вероника сделала глубокий вдох, закрыла глаза, и в воображении мелькнуло лицо Николая.

“Я действительно под впечатлением. В следующий раз приносите еще одну картину”, – его голос прозвучал в голове. Теперь уже отчетливо Веронике представилось улыбающееся лицо пациента. Он подмигнул ей и исчез. Вместе с ним испарилась и тоска. Вероника улыбнулась, снова взяла кисть и, покусывая нижнюю губу, продолжила творить.

В это же время, в сером многоэтажном доме, в своей спальной на кровати лежал Виталий Гариев.

Он закрыл глаза и пытался заснуть. Свет во всех комнатах был выключен.

"Шестьдесят восемь, шестьдесят девять, семьдесят", – считал про себя он.

Вдруг во двор дома въехала машина. Музыка с внушительными басами грохотала с такой силой, что окна на первых этажах ближайших многоэтажек задребезжали. Автомобиль припарковался недалеко от подъезда Виталия. Громкость музыки убавили. Из машины выбрались четверо парней. Все, в том числе и водитель, были очень пьяны. Они решили продолжить свое веселье прямо на лавочке около дома.

Выпившая компания создавала очень много шума. Парни смеялись, матерились и азартно спорили о чем-то. Уснуть было просто невозможно.

Виталий встал с постели, подошел к окну, открыл его и, найдя глазами лавку с источником раздражающего шума, вполне вежливо выкрикнул:

– 

Ребята, вечеринку прекращайте, люди уже спать легли!

Реакции не последовало.

– 

Громкость убавьте, люди спят! – очень громко крикнул Виталий.

Веселая компания замолчала на несколько секунд.

Все четверо глазами искали окно, из которого к ним обращаются.

– 

Ты че орешь, обезьяна? У другана сын родился, мы отмечаем! – завопил самый высокий парень из компании. Он первым увидел Гариева.

Виталий молча закрыл окно и пошел одеваться.

– 

Спать ему помешали. Зато ноги не переломаны. Ты забейся под кровать и сиди там, – продолжал горланить раздухарившийся парень.

Виталий оделся и направился на улицу.