Лето в банке

Колька махнул ему в ответ.

– Заходи, – крикнул сосед, – чего ж там стоять-то?

И Колька вошел. Как и в прошлый раз, он закрыл калитку и подошел к уличному столу. Сладкий аромат витал повсюду. Пахло спелой клубникой так, что еще чуть-чуть и потекли бы слюнки.

– На, вот тебе, – пан Тадеуш в очередной раз вышел из дома протянул Кольке кусочек хлеба, намазанный густым слоем свежеприготовленного клубничного варенья.

А готовил пан Тадеуш варенье так:

Брал полкилограмма клубники, убирал всю зелень, мыл, слегка обсушивал ее, разложив на вафельном полотенце.

Оно у него все было в темных пятнах от ягодного сока. Потом складывал подготовленные ягоды в сухую глубокую кастрюлю.

Туда же отправлял полкилограмма меда. Самого свежего, жидкого, янтарного цвета. Все это перемешивал деревянной ложкой и ставил на небольшой огонь. Как только будущее варенье закипало, пан Тадеуш выключал плиту. Ставил варенье в темное прохладное место, давая ему настояться и остыть. А потом еще раз доводил до кипения и снова выключал, как только яркая аппетитная масса начинала пузыриться.

Готовое ягодно-медовое варенье он разливал по банкам. Обязательно подписывал их и отправлял в погреб на хранение.

Варенье получалось не только вкусным, но и полезным. Наверное, за это и любили его многие городские жители, скупавшие лакомство от Тадеуша со скоростью света.

Колька откусил немного. Вкус во рту оказался еще прекраснее, чем он себе представлял. Колька откусил бутерброд снова, а потом еще и еще.

– Ну, как, Николай Петрович? Неплохо же ж?

– Очень вкусное варенье, пан Тадеуш, – ответил Колька, – никогда такого не пробовал.

– Вооот, Николай Петрович, – протянул поляк, – когда с заботой сделано и с любовью, оно как-то все лучше. Ведь если иначе делать, все не то получится. Не так вкусно будет, не так красиво, не так искренно, не так все, понимаешь?

Бабушка говорила, что пан Тадеуш немного странный, но эта его странность отчего-то нравилась Кольке. Было в нем что-то правильное, доброе, живое.

Как будто он совсем из другого времени. Из того самого, когда кавалеры защищали честь дамы на дуэли. Впрочем, для Кольки он и был из «совсем другого времени».

– А можно я вам помогу? – спросил Колька.

– А чего же ж мне отказываться? – пожал плечами старик, – бери вон те две банки и пошли за мной.

Колька взял пару баночек клубничного варенья и пошел вслед за соседом. Он заметил, что почерк у пана Тадеуша был не слишком красив и ровен.