Летопись Океана

Если пойдёшь по мозаичной дорожке, не заблудишься, – указала она носом направление: за кустами шиповника вдали.

– Спасибо! – от души поблагодарил маленькую таксу Макс. Наконец-то у него появилась хоть какая-то информация.

– Ага. – Зо потянулась, подставила солнышку другой рыжий бок и закрыла глаза.

– Ладно… Я пошёл.

– Удачи, – отозвался Рик. Мрачное выражение уже исчезло с его морды, теперь он снова был обычной дружелюбной овчаркой.

Рик улёгся рядом с Зо, оберегая её дрёму, и устремил взгляд вдаль, о чём-то задумавшись.

Макс вздохнул и поплёлся по песку к далёкому шиповнику.

Глава 3. Черничные оладушки

Дойдя до кустов шиповника с огромными малиновыми цветками, Макс увидел выглядывающую из-за них дорожку. Она действительно была мозаичной, не слишком узкой, не слишком широкой, словно сотканной из разноцветных картинок калейдоскопа и осколков ярких витражей. Макс шагнул на неё, ощущая ступнями нагретую поверхность, и почувствовал, что он на верном пути. Он шёл и шёл, смотря то по сторонам (зелень была свежей и сочной, а цветы яркими и красивыми), то вперёд, то под ноги, на дорожку.

Он уже совсем обсох. Тёплый ветерок приятно обвевал его, в воздухе не было ни намёка на запах горелого шашлыка или перезрелых на солнце бананов. Запах моря, по мере удаления Макса от Океана, становился слабее, но всё равно ещё чувствовался. Вскоре Макс почувствовал, что рот его буквально наполнился слюной. Пахло ванилью, черникой и ещё чем-то очень сладким, приятным и вкусным. Аромат буквально сводил с ума, и ноги сами понесли Макса по дорожке ещё быстрее. Приближался поворот. Аромат становился сильнее. Ближе. Вкуснее.

Макс выглянул из-за поворота и тут же отшатнулся: там, совсем рядом, стоял небольшой домик, но главное – какая-то девчонка стирала что-то в тазу. Девчонка! Совершенно одетая и в жилой местности! А он, Макс, в одних плавках! Он вспомнил слова Зо: «Хорошо, что не голышом…» и порадовался, что это действительно так. Иначе ему пришлось бы сорвать с бельевой верёвки передник, который девочка повесила сушиться, и обмотаться хотя бы им для приличия.

Из домика донёсся чей-то голос, и девочка поспешила внутрь. Макс успел рассмотреть её лишь сзади: серые шорты, белая майка, серебристые босоножки, но главное – удивительного цвета прямые волосы до плеч, словно сотканные из чистого серебра. Макс продолжал мяться за углом, размышляя, что ему делать и иногда выглядывая, чтобы оценить обстановку.