Летопись Океана

Домик был симпатичным и скромным, белым с серой крышей и серыми наличниками у окон. Вокруг домика росли цветы – белые розы, ромашки, лилии. Макс задумался, специально ли здесь всё в одной цветовой гамме, или же это прихоть природы?

Девочка снова вышла, сняла с бельевой верёвки пододеяльник, сложила его и ушла в дом. Исчезновение пододеяльника открыло Максу обзор на вполне симпатичные и, кажется, как раз его размера шорты и майку, по виду уже высохшие. «Нет, нельзя», – мелькнуло в голове у Макса, но теперь, увидев одежду, он не мог думать ни о чём другом.

Плавки сразу стали казаться какими-то крошечными, а нагота остального тела – слишком откровенной. Девочка наверняка вот-вот вернётся за высохшей одеждой, и либо лишит Макса шанса выглядеть прилично в незнакомом мире, либо, что ещё хуже, увидит его и начнёт разговаривать. Часть сознания, требующая срочно одеться, кричала громче, чем та, которая предупреждала: нельзя, нельзя хватать чужие вещи, тем более в чужом мире, – поэтому Макс, безотчётно повинуясь инстинкту и подстёгиваемый слишком малым количеством времени для раздумий, рванулся к верёвке. Схватил шорты и майку, собрался отбежать за домик и одеться, но застыл, парализованный криком:

– Смотри-ка! У нас тут вор!

В дверях домика стоял парень, которого Макс не успел толком разглядеть, потому что тот накинулся на него с кулаками.

– Совсем обнаглели, одежду воруют прямо из-под носа!

Целился парень тоже в нос Максу, но попал в глаз, не очень сильно, но всё-таки больно.

Искры фейерверком пронеслись перед Максом, оставляя за собой его вопль «Ай!».

– Ну-ка, перестаньте! – раздался звонкий девичий голос. – Что тут происходит?

Парень мгновенно отпустил Макса, и тот (одним глазом) снова увидел девочку с серебристыми волосами.

– Я вора поймал! – сказал парень. – Он пытался украсть мою одежду.

«Так это его одежда, – подумал Макс, всё ещё сжимая в руке скомканные шорты с майкой. – Дело плохо…»

– Пойдёмте в дом, и там спокойно во всём разберёмся, – сказала девочка, которую, казалось, ничуть не смущал ни незнакомый мальчик-вор на её дворе, ни его вид.

 – Я Аврора. – И она протянула ему руку.

Макс посмотрел в её серые глаза (тоже, несомненно, с искорками серебра!) и, как завороженный, пожал протянутую руку.

– Я Макс.

– Тогда пошли, Макс, – улыбнулась Аврора и повела его в дом. Парень фыркнул и пошёл за ними, недовольно что-то бормоча.