Летопись Океана

Те несколько метров, что они шли, держась за руки, Макс лихорадочно соображал, правильно ли он поступает и в чём здесь подвох, может, стоило вырваться и убежать куда подальше, может, всё станет только хуже, но до конца сообразить так и не успел – Аврора распахнула дверь в свой домик, и в нос Максу с новой силой ударил тот дурманящий аромат, что привлёк его внимание на улице.

– Твоя доброта когда-нибудь тебя погубит, – сказал парень, когда они вошли. – Ведёшь вора в дом, кошмар!

– Он не вор. Он гость, – мягко сказала Аврора, и парень прищурился.

 – Его зовут Макс, как ты слышал, и он наверняка сейчас всё нам объяснит.

– Да чего тут объяснять, и так всё ясно, – недовольно отозвался парень, отбирая у вора-гостя свою одежду. – А что у тебя с глазами, кстати? – бесцеремонно ткнул он пальцем в Макса, у которого была гетерохромия и который уже двенадцать лет этого стеснялся. Один глаз (который как раз подбил парень) у него был обычным карим, а второй – каре-зелёным, с крупными крапинками.

– Гетерохромия, – заученно ответил Макс, поражаясь манерам парня. Сам бы он не стал так вот тыкать в недостатки незнакомого человека. Да и фингалы ставить тоже не стал. Хотя… Воровать в других обстоятельствах он тоже бы не стал.

– Не знаю, что это, но выглядит стрёмно, – заявил парень.

– А по-моему, весьма симпатично, – возразила Аврора, за что Макс был ей безмерно благодарен.

– Понимаете, я… – начал он, собираясь рассказать, что с ним произошло, но его перебил вопль парня:

– Горит!

– Спокойно, – сказала Аврора, шагая к сковородке с оладушками и ловко переворачивая их.

 – У меня никогда ничего не пригорает. Кстати, почти готово.

Пока Аврора занялась оладушками, а парень засуетился, рыская по шкафам (очевидно, в поисках подходящей посуды), Макс остро почувствовал себя лишним. Надо было или сбежать, или рассказать свою историю, чтобы объяснить, как он здесь оказался и почему пытался стащить вещи, но, казалось, никому это уже не было интересно.

Их вниманием полностью завладели оладушки и подготовка к трапезе.

– Вы знаете, я…

– Знаем, знаем, – отмахнулся парень, даже не выслушав его.

Макс обиделся. Парень был в голубой рубашке, сочетающейся по цвету с его пронзительно-голубыми, словно безоблачное небо, глазами, песочного цвета бриджах, гармонирующих с песочного же цвета короткими волосами и нахальной чёлкой, и в голубых кедах с бежевыми шнурками. Песок и море. Пляж и океан.