Летопись Океана

И ещё – симпатичный скрипичный ключ, вышитый на кармане рубашки тёмно-голубыми нитками. Парень достал удовлетворившую его тарелку и какой-то пластиковый контейнер, поставил их поближе к Авроре, сдул с глаз чёлку, и, уперев руки в бока, снова соизволил обратить внимание на Макса. Тот, в свою очередь, снова окинул его взглядом с ног до головы, и решил, что парень ему не нравится. Дело было не в нападении, в этом Макс сам виноват, а вообще… «Пижон» – говорила про таких бабушка. Наверное, про таких. По крайней мере, для себя сейчас Макс решил именно так.

Аврора обернулась, увидела, как они меряют друг друга взглядами, и усмехнулась. Поддела лопаточкой готовые оладушки и сложила их в контейнер. Оладушек было много (сковорода была очень большой), но все они волшебным образом поместились в этом маленьком контейнере, который Аврора закрыла изумрудной крышкой с надписью «для Изумруд». Посмотрела на парня, «отвоёванную» одежду, которую он положил рядом с собой, потом достала из шкафа несколько вещей и вручила их Максу:

– Надень, если хочешь.

А потом расскажи, что с тобой произошло.

– Спасибо, – с чувством сказал Макс, победно взглянув на парня. Тот лишь улыбнулся. Казалось, ни он, ни Аврора больше не держали на него зла.

– И да, этот симпатичный нахал и драчун – Терций, – добавила Аврора. – Знакомиться он не любит. И когда покушаются на его вещи – тоже. Ну, без разрешения.

– Понятно, – просто ответил Макс («симпатичный, значит… ну-ну»), гадая, кто же они – брат и сестра? Друзья? Больше, чем друзья? Так и не решив, он стал одеваться.

Аврора дала ему джинсовые шорты, тёмно-синюю футболку и сандалии то ли из тростника, то ли из бамбука, но оказавшиеся удивительно удобными. Сама же она продолжила печь новую порцию оладушек, а Терций плюхнулся на серый диван.

– Судя по его виду, наш вор-гость здесь впервые, – сказал он.

– А, понятно, – ответила, не оборачиваясь, Аврора, – он не местный.

– Точно, – согласился Терций. – К нам приезжают из других графств, чтобы полюбоваться нашими красотами, – гордо пояснил он, глядя на Макса.

 – И попробовать лучшие черничные оладушки в мире. И, вероятно, разжиться чужой одеждой.

Аврора улыбнулась и перевернула подрумяненные оладушки на сковородке.

– Нет, я попал сюда случайно, – возразил Макс, всё ещё стоявший у входа. – И я не собирался ничем разживаться… Это тоже вышло почти случайно.

Он не был туристом или праздным любопытствующим – он был просто мальчиком, потерявшимся между мирами против своей воли.