Лисофанже

Ноги привычным маршрутом привели Киру к заброшенному дому. Только теперь дом уже не был заброшенным. Рядом с ним стояли грузовики, из которых рабочие в строительных касках, выгружали леса. Часть строительного забора была открыта и в окнах дома то и дело мелькали оранжевые каски и жилеты.

Кира остановился, наблюдая за действиями рабочих. И вдруг он увидел голубой рюкзак. Это была Глаша. Она о чем-то яростно спорила с рабочим. Кира догадался, что она хочет пройти в дом, но ее не пускают. Это развеселило его еще сильнее.

Он с довольной миной прислонился к стене дома напротив, чтобы удобнее было наблюдать. Даже отсюда было видно, как злится Глаша. Наконец, рабочие вытолкали ее силком на тротуар. Глаша растерянно озиралась по сторонам, думая, что предпринять, когда заметила Киру.

Пока Глаша подходила ближе, Кира важно скрестил руки на груди, стараясь не улыбаться.

– Мне нужно попасть на чердак, – заявила она. – Знаешь, как туда пробраться?

Кира неопределенно повел головой. Конечно, Кира знал. Кира знал с закрытыми глазами ближайшие подворотни, дворы, парадные, проходы, подвалы и чердаки с выходами на крыши.

– Кира, помоги, – вид у Глаши был хмурым. Кира заколебался: «Неужели она взаправду?»

– Хорошо, я приглашаю тебя в гости! – сдалась Глаша.

Кира прыснул со смеху, но, увидев, как сильнее насупилась Глаша, перестал смеяться и махнул девчонке рукой в знак того, чтобы она следовала за ним. Снова они бежали по подворотням, перелазили через ворота, звонили в домофоны, взлетали по лестничным пролётам…

Город, сверкающий в лучах солнца, распростерся под их ногами.

Крыши, крыши, крыши кругом и вкрапления слепящих глаза блистающих куполов и шпилей под огромным синим небом.

А внизу великолепные мосты, проспекты, набережные, где ползли в пробках, как разноцветные жуки, автомобили.

До крыш же доносились лишь отголоски шума городских улиц, лишь громыхающий ветер в ушах, несущий волны широкой реки с металлическим отблеском волн.

Ребята стояли на крыше, замерев от восторга, задыхаясь от бега, и смотрели, смотрели кругом, не в силах наглядеться.

– Ого! – Глаша не нашла подходящее слово.

– Круть неземная, – самодовольно произнес Кира, прислонившись к трубе.

Затем они шли по крышам бескрайнего сияющего под солнцем города. Бесконечные крыши, шум ветра в ушах – навевали чувство радости и свободы, ощущение полета и торжества.

Кира ловко пробирался вперед, взбирался на трубы, размахивал руками и кричал: «Круть неземная!».