Слово, изменившее жизнь

Сам амфитеатр был построен для развлечения знати, но говорят, что акустика и звучание в нем имели целительную силу, – рассказывал Никос пока они ехали.

– Мне всегда была интересна греческая мифология. Мне кажется ни в одной культуре нет столько мифов, приданий, легенд, разных богов и богинь, сколько в греческой. Я считаю, что в них какая-то своеобразная магия, что ли. Во всяком случае для меня.

– Значит тебе там определенно понравится, – ответил Никос.

– Расскажи еще что-нибудь про Эпидаврос, пока мы едем.

– Ну-у-у, – протянул он, – скоро сама все увидишь. Но вообще сам театр поражает. Он состоит из пятидесяти пяти рядов, которые выстроены из камней. Раньше рядов было тридцать четыре, если не ошибаюсь, но потом достроили еще двадцать один ряд. Само театральное действие происходит внизу, в центе. И в самой середине есть такой медный пятачок, диаметром сантиметров сорок, может пятьдесят, максимум. Так вот, если на него бросить монетку, то ее звон ты услышишь даже на самом верхнем ряду.

– Невероятно! – воскликнула Сара.

– Что сказать, уже в то время греки умели строить, – Никос рассмеялся.

– А этот Асклепий, если я ничего не путаю, он был сыном смертной и бога Аполлона. Его воспитывал кентавр, который и учил врачеванию. Только вот не помню почему, именно кентавр занимался его воспитанием, а не его мать.

– Ты не путаешь, Сара, по легендам все так. Аполлон влюбился в смертную Корониду, и пока она носила ребенка, сама влюбилась в смертного и изменила с ним Аполлону.

Он узнал и убил ее. И когда ее тело сжигали на костре, Аполлон сжалился над ребенком, который вот-вот должен был родиться, как ни как все же он был его сыном. И он вынул его из утробы Корониды, за что и получил свое имя – Асклепий, что переводится как «вскрытый».

– Да уж, ну и страсти у них бушевали.

Через час они были на месте.

Никос был прав. Это древнее наследие действительно поражало. И не только своим размахом. Но своим духом, атмосферой, вызвавшие в Саре определенные эмоции.

Когда они оказались у театра, было уже за полдень и солнце потихоньку начинало свой путь к закату, погружая долину в мягкий-желто-оранжевый оттенок. Людей, на удивление оказалось мало, лишь редкие туристы, путешествовавшие парами или маленькой компанией, а обычных туристических групп не было вовсе.

Сара поднялась по ступенькам с нижнего ряда до самого верха. Потом не спеша прогуливалась вдоль рядов дотрагиваясь руками до каменных сидений, спустилась вниз.