Слово, изменившее жизнь

На следующее утро, когда он уехал на работу, я собрала вещи, загрузила их в машину и ушла. Хотя, нет, я не просто ушла, я переехала в другой город, сменила номер телефона и поклялась себе, что больше никогда, ни один мужчина, не посмеет поднять на меня руку.

– Он не пытался тебя найти?

– Не знаю, если честно. Может и пытался, но ему это не удалось. Я умею уходить из жизни людей так, чтоб меня невозможно было отыскать.

– А Макс? Он знает?

– Нет. Есть вещи, о которых ему не следует знать. Для моего спокойствия, – Сара посмотрела на Никоса и улыбнулась.

 – Ты первый кому я это рассказала. Никогда прежде, никому не говорила. Может не хотела вспоминать, а может.... Во всяком случае, теперь ты знаешь то, что никто больше не знает.

– Ты правильно сделала, что ушла.

– Я знаю, Никос. Ни одна женщина не должна терпеть, когда мужчина поднимает на нее руку. Я знаю, что есть те, кто терпят и каждый раз прощают. Надеются в глубине души, что такого больше не повториться, что это последний раз. Хотя знают, что этот раз не последний и будут еще.

Но терпят и не уходят. Из-за детей или чего-то еще. Но точно не из-за любви к таким уродам. Таких, любить просто невозможно. А те, кто считает обратное, просто не здоровы психически. Либо не знают другого. Или не хотят знать. Они продолжают жить в извечном внутреннем страхе, боясь что-то изменить к лучшему, а в итоге своими руками превращают свою собственную жизнь в ад.

– Спасибо, что рассказала, – Никос легонько приобнял Сару за плечи и прижал к себе, а она склонила голову ему на плечо.

***

И вот сейчас этот идиот… Никос тяжело и с шумом выдохнул воздух сквозь сжатые губы. Что произошло дальше, он знает. И не о чем этом он ей не говорит, и не спрашивает. Просто ведет машину, слушая ее молчание, и наблюдает за ней. Он зол. Дико зол. Думает, что нужно было вернуться и все же убрать этого ублюдка в нокаут. А вспоминая о ней, маленькой и боксирующей, начинает улыбаться.

– Больше я тебя одну не оставлю. Ты даже под присмотром умудряешься вляпаться в историю.

– Ага, – отвечает она, переключая очередную песню в своем телефоне и что-то записывая в блокнот.

– Я серьезно.

– Ага, – вновь отвечает она, даже не повернув головы и не посмотрев на него.

– Что ты делаешь?

– Потом узнаешь, – произносит Сара с улыбкой и, не отрывая взгляда от блокнота, продолжает – ты опять гонишь, как сумасшедший.

Это звучит не как вопрос, а скорее, как констатация факта. Он сбрасывает скорость.