Любопытство наказуемо

Что доктор имеет в виду? Почему он сразу сказал, что является близким другом нанявшего меня человека? Может быть, он рассчитывает, что у меня развяжется язык?

Доктор снова откашлялся, привлекая к себе мое внимание.

– Вам следует знать, что меланхолия миссис Крейвен носит вид мании особого рода… – Он снова замолчал, ожидая моей ответной реплики, но я уже поняла его уловку.

Конечно, Лефевр – врач, но я – не его пациентка! Я здесь не для того, чтобы поверять ему мои мысли и страхи.

Как раз наоборот!

Видя, что я молчу, он вынужден был продолжить:

– Она никак не может смириться с тем, что ее малышка умерла.

Я собиралась держать язык за зубами, но прямота этого шокирующего заявления заставила меня громко вскрикнуть. По спине у меня пробежал холодок. Очевидно, положение намного серьезнее, чем мне намекали. Впервые я задумалась, зачем меня посылают в «Прибрежный». Должна ли я стать другом и поверенной молодой женщины просто для того, чтобы поддержать ее? А может, мне предстоит убедить ее в печальном факте смерти ее ребенка? Подобная задача трудна, щекотлива и вовсе не предназначена для постороннего человека вроде меня.

Каково же состояние ее рассудка? Последний вопрос я без обиняков задала своему попутчику.

Лефевр покачал головой:

– Мне известно не больше, чем вам. С миссис Крейвен я незнаком. Подобно вам, я знаю только то, что мне сообщили.

– У меня нет опыта сиделки, – решительно сказала я.

– Насколько я понимаю, ничего подобного от вас и не требуется, – вкрадчиво ответил Лефевр. – А, вот и порт!

После нашего короткого разговора мне стало не по себе, но все сразу же забылось, как только мы спустились из кеба на пристань. За нами высились старинные серые городские стены с променадом, по которому можно было добраться в центр города. Повсюду мы видели стройку – портовый район расширяли. А впереди – море, точнее, залив Саутгемптон-Вотер.

Свежий ветер имел отчетливый соленый привкус. Над нами кружили и кричали чайки, высматривая крошки еды у пассажиров, ждущих на пристани. На волнах плясали солнечные зайчики. На противоположном берегу, в голубой дымке, виднелись многочисленные деревья и белые здания. Видимо, это и был городок Хайт. Я разволновалась, как дети, которые скакали и вопили в толпе, не обращая внимания на отчаянные попытки родителей их одернуть.