Любовь в сети и наяву

Несколько месяцев после этого Нина радостно жила в новой и, как ей казалось, почти взрослой жизни, наслаждаясь сменой ценностей. Она остригла волосы, которые раньше всегда завивала в крутые локоны. Стрижку ей сделали стильную, асимметричную. Длинная косая челка, правда, мешала смотреть, но Нина легко с этим смирилась. Не только красота, но и стиль требуют определенных жертв. Вместо крупных пластиковых серег она носила теперь мамины серебряные розочки с розовыми аметистами, а вместо любимой ярко-малиновой курточки с опушкой – строгую темно-коричневую дубленку, которую раньше стыдилась надевать даже в сильные морозы.

Подруги, конечно, заметили произошедшую с ней перемену. Одни эту перемену одобряли, другие – нет, но Нине было все равно. Почти всех подруг, кроме Иришки Михеевой, она тоже самым безжалостным образом отрезала от себя, как и картонных кукол. Они злились и пытались плести за ее спиной интриги, но сплести их было не из чего. Нина не давала интриганкам никакого повода. Она просто с удовольствием училась, читала книги, которые теперь советовали ей не подружки, а мама, и постигала премудрости новой социальной интернет-сети под забавным названием «Все к нам!».

А после встречи Нового года Нинина жизнь почему-то разладилась. Она вдруг поняла, что все изменения, по большому счету, были только внешними. Локоны и стрижка – это всего лишь варианты причесок. И пластиковые, и серебряные – все равно серьги. Мамой присоветованные книги, конечно, интереснее девчачьих журналов, но в них речь идет о чужой жизни.

А ее, Нинина, жизнь по-прежнему пуста, скучна и очень однообразна: школа, дом, книги, Интернет… и так без конца и без края.

Нина как-то еще мирилась с такой скудной жизненной наполненностью, пока ее лучшая подруга Иришка вдруг в одночасье не влюбилась. И в кого! В Валерку Селиванова, с которым они учились вместе с самого первого класса. Конечно, Селиванов пользовался в классе большим уважением, но его внешность, с точки зрения Нины, никуда не годилась. Он был безобразно белобрыс и неприлично курнос, но Иришку это почему-то совершенно не смущало.

Она при виде Валерки то обмирала, то краснела, то бледнела поочередно, пока наконец на новогодней дискотеке не пригласила его танцевать и самым смелым образом не призналась в своей горячей любви. Селиванов, на которого вообще ни одна девчонка сроду не обращала внимания как на предмет воздыхания, так обалдел от неожиданно привалившего счастья, что теперь никуда от себя Иришку не отпускал.