Людвиг Четырнадцатый и Тутта Карлссон

А папаша Ларссон ещё долго сидел в своём кресле в гостиной и бормотал себе под нос:

– Не так, оказывается, прост мой Людвиг Четырнадцатый. Хотя обманывать собственных братьев ему всё же не стоило.

Глава пятая

* * *

На следующее утро уже Людвиг Четырнадцатый стал будить Лабана.

– Вставай, пошли погуляем, – тряс он его за плечо. – Ты должен меня ещё многому научить. Вчера было так интересно.

Но Лабан не собирался прощать ему историю с медовыми пряниками.

– Я не желаю больше иметь с тобой дела, – пробурчал он.

– Но ты же сам известный обманщик, – возразил Людвиг Четырнадцатый.

– У меня совсем другое дело, – фыркнул Лабан и повернулся на другой бок. – Оставь меня в покое, я хочу спать.

Пришлось Людвигу Четырнадцатому идти одному. Правда, папа запретил ему играть с другими зверятами. Но раз Лабан не захотел с ним пойти, он имел полное право встретиться со своими друзьями.

Первым делом Людвиг Четырнадцатый решил забежать к Йокке-Йо и Туффе-То.

– Мои мальчики не будут с тобой играть, – твёрдо сказала она. – Ты и твой братец их обманули. Я знаю, вы вчера отняли у них кулёк с медовыми пряниками.

– Так ведь это не я, – попробовал объяснить Людвиг Четырнадцатый, – это был Лабан. Разве ты не знаешь, тётя Зайчиха, что я вчера вечером вернул им кулёк?

– Это тебя не оправдывает. Ты всё равно в обмане участвовал, – сказала Зайчиха и захлопнула дверь перед его носом.

Людвиг Четырнадцатый грустно вздохнул и поплёлся дальше, к другому своему хорошему другу, белочке Агне Хопман.

Белочка сидела на самой верхушке ели и очищала шишку.

– Привет, Агне! – крикнул ей Людвиг Четырнадцатый. – Спускайся, давай с тобой поиграем!

– Мне с тобой не разрешают играть, – ответила Агне. – Тётя Зайчиха вчера сказала моей маме, что ты отнял у Йокке-Йо и Туффе-То два кулька с медовыми пряниками.

– Но это же не я сделал, – проговорил Людвиг Четырнадцатый.

Но Агне Хопман ничего на это не ответила, она просто перепрыгнула на другое дерево.

Людвиг Четырнадцатый уже был готов заплакать.

«Пойду тогда к Котте, – решил он. – Котте всегда хорошо ко мне относился».

Котте – так звали ежа, который поселился под старым сараем в глубине леса.

– Привет, Котте! – кликнул его Людвиг Четырнадцатый, подойдя к полуразвалившемуся строению.