Ляпки, Бряцки и… Задумчивая сказка

В руках взрослого они сразу становились непобедимыми героями своих эпох, и, почему-то, напоминали карапузов, повзрослевших до времени. На них была красивая форма, железной хваткой сжимали они грозные ружья, но чего ожидать от них: невинной игры с лопухами во дворе с деревянной сабелькой наперевес или грозного окрика: «Стой, стрелять буду!» За которым может прозвучать настоящий выстрел?..

Когда весь набор был извлечён, перебран и внимательно изучен, Тёма недоумённо уставился на оловянную кучу. С отцом они ещё никогда не играли оловянными солдатиками.

Их играми были приключения, открытие чего-то нового, чудесного, слепленного и нарисованного своими руками. И Тёма невольно покосился на картонную коробку в углу, где были сложены вчерашние герои его игр, подаренные дядей Вовой, а сегодня преданные забвению. С какой помпезной шумихой преподносились эти новомодные игрушки мальчику в своё время:

– Ты взгляни, кого я тебе сегодня принёс, – дядя Вова торжественно протягивал очередную коробку, – ты, конечно, сразу узнал непобедимого супер-героя из мультфильмов и комиксов.

Вожделенная мечта сегодняшней детворы!..

Эти герои уповали на силу, заключённую в шестерёнках, хитроумных механизмах и батарейках. Сила эта была хрупкая, часто ломалась или заканчивалась в самый неподходящий момент. Чтобы снова вернуть им прежнюю силу, папе приходилось всякий раз покупать новые батарейки, отказывая в покупке других необходимых и весьма интересных вещей. «Вот и выбирай, Тёма, – постоянно тратится на батарейки или взять палатку для похода в горы или маску на море? Эти герои требуют к себе больше внимания, чем могут вернуть.

Согласись, странные герои». Сын соглашался с отцом, и зарубежные монстры, пожужжав в воздухе и расстреляв весь свой боезапас ракет и паутин, уже не выпячивались своими щитами и значками на груди, а скромно удалялись в картонный ящик…

На сей раз дядя Вова был настроен совсем по-другому, чем-то своей увлечённостью напоминая папу. С одной оговоркой – папа всегда опускался к Тёме на колени, и воплощался в малыша – самого близкого понятного и понятливого друга, с которым было всегда увлекательно играть.

Даритель, ни на какие колени вставать не собирался. Он весь приосанился и стал походить на полководца с выпяченной грудью, гордо возвышающегося над столом.

– Э-э, непорядок! Кто же так играет солдатиками? Сваливать такое произведение искусства в кучу! – Дядя Вова возмущённо обратился к папе. – Это ваше упущение, совсем не играете с сыном в войну.