Магия Чарли. Кусачая книга

Подушка была такая тонкая, что назвать её подушкой рискнул бы только прожжённый циник. К счастью, пришёл Бандит и свернулся клубком на груди у хозяина, даря тепло и утешение.

В окно лился лунный свет, легко проникая сквозь тонкие занавески, но ничего поэтичного в этом не было. Вскоре в спальне послышался храп вперемешку со свистящим дыханием и надсадным кашлем… А ведь зимние морозы ещё впереди! Чарли подумал о Мангустине. Как она пережила возвращение в Святые Розги? Скорее всего, спальня девочек столь же ужасна, как этот зал, способный нагнать тоску на кого угодно.

Чарли задался вопросом, можно ли ему пойти увидеться с Мангустиной. Ему хотелось поговорить с ней о Ложе истинных воспоминаний. Возможно, Мангустине известно больше, чем ему? А главное, нужно протянуть ей руку дружбы и подбодрить – наверняка она нуждается в утешении. Шансов добраться до девочки у него немного, но после такого дня он заслужил капельку везения. Чарли вознёс краткую молитву статистике, потом, аккуратно сдвинув Бандита на кровать, сел и поставил ноги на вымощенный фарфоровой крошкой пол.

И тут две огромные руки схватили его за лодыжки.

Чарли пронзительно завопил.

2. Словарь заклинаний

Спальню огласили раскаты хохота. Снова зажёгся свет.

Перед Чарли возникло кошмарное лицо, угнездившееся на теле огромной двухметровой птицы. Из гигантского рта во все стороны торчали зубы, и над всем этим нависал монументальный крючковатый нос.

– А-А-А! – опять завопил Чарли, получше разглядев открывшуюся ему картину.

– Что, никогда буку не видел? – насмешливо поинтересовался Силас.

Трюк оглушительно расхохотался.

– Я ваш надзиратель, – произнесло существо гнусавым голосом (наверное, трудно говорить нормально, если нос у вас свисает ниже рта). – Вы не имеете права покидать кровать после отбоя. Если только вы не хотите, чтобы я перекусил вашими пальцами – вид у них уж больно аппетитный.

Чарли медленно покачал головой. Жуткое существо протянуло ему руку – кисть была намного длиннее человеческой, а на пальцах было слишком много фаланг.

– Раз так, давай начнём заново! Дункель фон Вассерман из рода Вассерманов, – представился бука.

– Чарли Вернье, – пролепетал Чарли. Он почувствовал, как пальцы буки обвиваются вокруг его собственных подобно жирному пауку, и подумал, что для одного вечера пережил слишком много неприятных рукопожатий.

– А мы? Нам можно идти? – спросил вдруг Панус.

– Конечно, – ответил бука.