Мадам Пэн и ее крыс

– Надька, ты опять играешь в моей комнате? Что ты натворила? Быстро убирай свою ерунду. Не то я выкину все в окно! – с ходу пригрозил он и схватил за уши зайца-красавца.

Похоже, мальчик намеревался выполнить угрозу, но застыл на месте.

Сначала он уставился на крысу, которая сидела на плече у мадам Пэн. Он не мог совместить в своей голове этих двух существ: «Англичанка и крыса. Крыса и англичанка». По правде, он сам давно мечтал завести крысу, пострашнее и позубастей, но мама развопилась… то есть категорически была против.

Потом он медленно перевел взгляд на соседку. Явно испугался. Потом он стал страшно хохотать, да просто ржать как сумасшедший и тыкать в нее пальцем.

Мадам Пэн, раз уж ей не удалось стереть следы макияжа, приосанилась и гордо взглянула на мальчика:

– Ты не бойся, я не к твоей маме заходила.

Он умолк и выжидающе, исподлобья уставился на нее.

– Мы с твоей сестренкой решили поиграть в салон. Мне идет? – повела она бровью, совершенно не представляя, как сейчас выглядит.

– Нет. Вы похожи на чокнутого клоуна. На старого чокнутого клоуна, – подчеркнул он и вдруг почти проорал: – Старым ничего не идет!

Гоша раскрутил зайца за уши и бросил в коридор так, что тот шмякнулся об стенку. Наденька с докторским чемоданчиком в руке подошла к зайцу, подняла, погладила и унесла на лечение.

Мадам Пэн с достоинством встала и степенно поплыла из комнаты, стараясь придерживать рукав с крысиными ценностями. Причины агрессии соседа так и не выяснились.

Она уже открывала дверь, когда к ней подбежала Надя и прошептала:

– Не верьте ему! Он злой! Вы так очень красивая.

И совсем не старая. Вы помолодели лет на восемь-сят!

– Спасибо, – улыбнулась мадам Пэн, чувствуя, как жирный кусок помады отвалился с ее губ. – Я пойду, пока никто не увидел моей красоты.

– Почему?

– Меня сглазят! – прошептала мадам Пэн, наклоняясь к девочке.

Надя понимающе кивнула.

Крыс тоже наклонился к Наде, осторожно обнюхивая ее нос.

– Это он так прощается, – объяснила Надя и засмеялась.

 – Я подарила ему немножко своих сокровищ. Пока, крысик, пока!

– Как подарила?

– Я сказала – «дарю», и он взял, – улыбнулась Надя.

«Значит, не украл», – поняла мадам Пэн. Она быстро пробежала по лестничной площадке домой, отдышалась и только теперь глянула в зеркало.

На нее смотрело несусветное чудище. С торчащими вверх, как антенны, волосами. С кровавым людоедским следом вокруг губ, прочерченным с одной стороны почти до уха.