Убийство в старом доме

 – Он достал из кармана увеличительное стекло и протянул мне: – Вот, судите сами.

Моррис собрался с силами и, заставив себя забыть о природных инстинктах, шагнул вперед, чтобы вместе со мной получше взглянуть на тело. Получив конкретное задание, он сразу переставал видеть в жертве человека. Теперь перед ним была головоломка, которую необходимо разгадать.

– Может, кочергой? – громко предположил он после того, как мы оба осмотрели рану через лупу.

– Нет, кочерга слишком узкая… Скорее, прогулочная трость или палка с металлическим наконечником, – высказался я.

Кармайкл, стоящий у меня за спиной, заметил:

– Удар был нанесен со значительной силой. Злоумышленник хотел именно убить ее. Я нашел на теле отчетливые следы по меньшей мере пяти ударов.

– Он злился, – вполголоса предположил я. – Может быть, ревновал.

– Что касается его мотивов – ничем вам помочь не могу, – отозвался Кармайкл. – Я имею дело только с результатами.

– Согласен, доктор. А вы что скажете, Моррис? Он стоял перед ней, вот так… – Я поднял руку.

 – И ударил ее вот так… – Я опустил руку, но остановился, не дойдя до тела. – Он правша, как и подавляющее большинство населения… Где ее одежда?

Кармайкл, бесстрастно наблюдавший за моими действиями, кивком указал в дальний угол комнаты.

– Вон она.

Снятую с убитой одежду аккуратно сложили на столе. Первое предположение Морриса оказалось верным. Я увидел бледно-лиловое поплиновое платье в полоску – жительницы Агартауна в таких не ходят. Помимо платья, на жертве были нижняя юбка, корсет, ситцевая сорочка, панталоны, чулки, лайковые ботинки.

Все вещи добротные – и все представляли для меня загадку. Все в грязи, но грязь поверхностная. Одежда выглядит не так, словно ее редко стирали или не стирали вообще; тогда грязь и копоть въелись бы в нее. Верхняя одежда, то есть поплиновое платье, оказалась самой грязной, запачканной землей и чем-то зеленоватым. Вглядевшись, я понял, что на платье пятна плесени. Видимо, плесень испачкала платье, когда женщина прижалась к сырой стене… Материя была прочной и почти новой… Нижнее белье в основном оказалось довольно чистым, разве что сорочка пропотела. Панталоны запачканы – но, скорее всего, это произошло уже после смерти несчастной.

Я повертел в руках лайковые ботиночки – какие крошечные! Подметки оказались целыми. Зато верхняя часть хорошо обмялась по ноге – значит, обувь не новая. Ботинки тоже добротные, не дешевые, но служили своей хозяйке довольно долго.