Мальчик со шпагой

Ты не думай, что я жалуюсь. Если надо, я проживу всю смену. Но ты ведь просил писать честно, вот я и пишу честно. Лучше бы ты приехал за мной. Здесь знаешь почему плохо? Потому что каждый день одно и то же! А если плохо, то зачем?

Но если ты не можешь, не приезжай.

Тетя Галя, можно, я сменяю свои польские штаны на трехцветный фонарик? Они мне все равно велики и сваливаются, а тому мальчику, у которого фонарик, они как раз.

Пусть Маринка не лазит в мой ящик без спросу, а то у меня там пистоны и острый циркуль с иголками.

До свиданья.

Ваш Серёжа.

Письмо было написано на развернутом листе, вырванном из конторской книги. Одна половинка листа осталась чистой.

– Можно, я возьму эту бумагу? – спросил Алексей Борисович. – Здесь ничего не написано.

– Возьмите, конечно!.. А зачем?

– Да так, пригодится. В морской бой можно поиграть, тут клетки подходящие. До поезда все равно еще много времени. Ты умеешь играть в морской бой?

Серёжа снисходительно усмехнулся.

– Ну и отлично! – Алексей Борисович аккуратно оторвал листок, а письмо отдал Серёже.

– А вы… – нерешительно сказал Серёжа. – Вы ведь сейчас прочитали. Как вы думаете, что в нем… такого?

– «Такого» ничего.

Серёжа сунул письмо в конверт, а конверт – в карман своих просторных брюк. Алексей Борисович глянул мельком и спросил:

– Не успел поменять штаны на фонарик?

– Не успел, – вздохнул Серёжа. – Да тетя Галя, наверно, и не разрешила бы.

– А тетя Галя… она кто? Твоя тетя?

Серёжа просто сказал:

– Она – папина жена.

– Извини, брат. Перестарался я со своим любопытством.

– Ну, а что ж такого, – спокойно откликнулся Серёжа. – Конечно, непонятно: папа и тетя Галя… – И вдруг спросил: – А вы были в Сибири?

– Был.

– Мама в Сибири умерла. Поехала в командировку к геологам и простудилась. Быстрая какая-то простуда. Врач на вертолете прилетел, да уж поздно… Алексей Борисович! – Серёжа глянул так, будто очень о чем-то просил. – Это шесть лет назад было.

Алексей Борисович покачал головой.

– Нет, малыш. Не хочу я тебя обманывать, не встречал. Я бы запомнил такую фамилию.

– А у мамы другая фамилия – Ласкина.

– Нет, Серёжа. Не знаю… Сибирь громадная. Где это было?

– Где нефть. Под Сургутом.

– В тех краях я бывал. Да разве всех запомнишь? Может быть, и встречались когда-нибудь.

Почти шепотом Серёжа сказал:

– А у меня карточка есть. Хотите, покажу?

– Покажи, конечно.