Мальчик со шпагой

И, виновато моргая, вернулся к хозяину.

– Будешь пиратничать – намордник наденем, – пообещал Серёжа.

Нок дурашливо фыркнул и замотал головой. К морде прилипли травинки.

– Смотрите, Алексей Борисович, он траву ел! Говорят, если собака траву ест, значит, дождь будет.

– Да нет, едва ли. Это он просто с голоду. Я и сам готов подорожник жевать. А дождя не должно быть, небо вон какое хорошее.

В небе замерли желтовато-белые груды облаков, которые никогда не закрывают солнца и не грозят ненастьем. Ветра совсем не было.

– Придем к реке – искупаться можно будет, – мечтательно сказал Серёжа.

Реку еще не было видно. Она лежала вровень с низкими берегами. Темные полоски прибрежных кустов и высокие травы закрывали воду. Лишь изредка пробивался вдали сквозь зелень синевато-стеклянный блеск.

Но вот кусты приблизились, расступились. Сразу же распахнулась перед путешественниками голубая вода с отраженными облаками. Нок бросился к песчаной полоске, ступил в воду передними лапами и принялся лакать с таким усердием, что внутри у него забулькало.

– Алексей Борисович, я окунусь, можно? – заторопился Серёжа. – Мы с Ноком. На минуточку.

– Подожди-ка, дружище, – быстро сказал Алексей Борисович. Он смотрел вдоль берега. – Постой-ка. Нам, кажется, повезло больше, чем я ожидал. Пошли. Ты видишь?

В сотне метров от них стояла на отмели баржа, а к ней приткнулся бортом крупный катер с белой рубкой и тонкой мачтой.

– Поднажмем, – сказал Алексей Борисович, и они «поднажали».

Нок припустил за ними – по самой кромке воды с плеском и брызгами.

– Точно, – отдуваясь, произнес Алексей Борисович, когда различимы стали белые буквы на корме – «Азимут». Ну, как здорово, честное слово!

По тонкой сходне они поднялись на баржу. Здесь пахло отсыревшей деревянной обшивкой бортов, сухими досками палубы и дегтем. Нок медленно переступал и повизгивал: нагретые доски обжигали лапы.

– Не ходи босиком, – мельком сказал Алексей Борисович.

Нок обиделся и ушел в тень высокого кормового люка.

Катер был ниже баржи. Алексей Борисович перегнулся через борт и позвал:

– Эй, на крейсере!

Из рубки выбрался широколицый веснушчатый парень. И заулыбался.

– Володя! – воскликнул Алексей Борисович. – Ну как я рад! Здравствуй… Серёжа, это капитан Володя. Он прошлой весной снял меня с необитаемого острова, на котором я оказался из-за происков местных браконьеров.