Мария (Русский)

Я предложил Эмигдио занять место в маленькой гостиной; выбрав пружинный диван, бедняга, чувствуя, что тонет, изо всех сил старался найти в воздухе что-нибудь, за что можно было бы ухватиться; но, потеряв всякую надежду, он, как мог, подтянулся и, встав на ноги, сказал:

–Что за черт! Этот Карлос даже не может прийти в себя, а теперь! Неудивительно, что он смеялся на улице над тем, что собирается со мной сделать. И ты тоже? Ну, если эти люди здесь такие же дьяволы. Что ты думаешь о том, что они сделали со мной сегодня?

Карлос вышел из комнаты, воспользовавшись этим счастливым случаем, и мы оба могли смеяться от души.

–Какой Эмигдио! -сказал он нашему гостю, – садись на этот стул, который не имеет ловушки. Вам необходимо держать поводок.

–Да, – ответил Эмигдио, садясь с подозрением, словно опасаясь очередной неудачи.

–Что они с тобой сделали? -он больше смеялся, чем спрашивал Карлоса.

–Вы видели? Я уже собирался не говорить им.

–Но почему? – настаивал непримиримый Карлос, обнимая его за плечи, – скажи нам.

Эмигдио, наконец, разозлился, и мы с трудом его успокоили. Несколько бокалов вина и несколько сигар ратифицировали наше перемирие. Что касается вина, то наш соотечественник заметил, что оранжевое вино, сделанное в Буге, лучше, а зеленое анисовое из Папоррины продается. Сигары из Амбалемы показались ему хуже тех, что он носил в карманах, набитых сушеными банановыми листьями и благоухающих измельченным инжиром и апельсиновыми листьями.

Через два дня наш Телемах был уже прилично одет и ухожен мастером Иларием; и хотя модная одежда доставляла ему неудобства, а новые сапоги делали его похожим на подсвечник, он, побуждаемый тщеславием и Карлом, должен был подчиниться тому, что он называл мученичеством.

Поселившись в доме, где мы жили, он развлекал нас в послеобеденные часы, рассказывая хозяйкам о приключениях своего путешествия и высказывая свое мнение обо всем, что привлекало ваше внимание в городе.

На улице дело обстояло иначе, так как мы вынуждены были оставить его на произвол судьбы, то есть на веселую наглость шорников и лоточников, которые, едва завидев его, бежали осаждать его, предлагая стулья Chocontana, arretrancas, zamarros, скобы и тысячи безделушек.

К счастью, Эмигдио уже успел сделать все покупки, когда узнал, что дочь хозяйки дома, покладистая, беззаботная, смешливая девушка, умирает по нему.