Матвейкины сны

– Ура! Наконец-то я смогу подарить твой портрет, который нарисовал, – воскликнул малыш.

– Портрет – это хорошо. А нет ли у тебя чего-нибудь посущественнее?

– Сметана подойдёт? – Сметана уже была. – Тогда сосиска?

– Тоже…

Матвейка привстал на кровати, вспоминая содержимое холодильника.

– Может, рыба?

– Рыбы я наелся, когда мы были на льдине в Северном море.

– Не знаю, что тебе ещё предложить? У меня есть груша. Подойдёт? – без надежды проговорил малыш.

– Что же ты молчал! – подпрыгнул Кот.

 – Груши, это самое вкусное, что есть на белом свете! Все мудрые коты любят груши. Неси скорее!

Пока Кот аппетитно хрустел, малыш напряжённо о чём-то думал, потом спросил:

– Вот ты сказал – «на белом свете». Значит, если есть бе-лый свет, есть и тёмный?

– Конечно, есть… – кивнул Кот. – Я давно хотел предложить тебе путешествие к Бэрни.

– Кто такой Бэрни?

– Это властелин подземного мира на Самбийских землях. – Он страшный?

– Совсем нет. Скорее, забавный.

– Тогда чего мы ждём? – нетерпеливо хлопнул в ладоши малыш и уселся на кровати.

 – Отправляемся…

– Согласен. К тому же, я как раз подкрепился. Самое время для путешествия, – проговорил Кот и, облизнувшись, достал волшебную флейту.

Зелёные глаза его тут же изменились, приобретя незнакомый – небесный – оттенок. Он поднёс к губам флейту – и чудо началось. Вспорхнувшие звуки, будто птицы, расправив крылья, подхватили Матвейку и понесли над землёй. Внизу властвовала ночь, проплывали гирлянды уличных огней, темнели пятна парков, сияли светом площади, храмы, таинственно перекатывалось зеркало Верхнего озера.

Когда показалась прибрежная полоса моря, стало тихо. Затих свист ветра, лишь в хрустальном куполе неба переливались холодным светом звёзды. Малыш не успел до конца насладиться ощущением полёта в ночи, как оказался на косогоре…

Они спустились по откосу в овраг и оказались возле входа неприметного домика, похожего на погреб. Хотя движения Кота были точны и беззвучны, Матвейка для верности спросил:

– Мы правильно пришли?

– Правильно-правильно, – прошептал Кот и, коснувшись лапой двери, еле слышно поцарапал её.

Не прошло и минуты, как дверь отворилась, и из темноты прозвучал негромкий старческий голос.

– Кто здесь в столь поздний час?

– Бэрни, это я – Кот Баюн. Только я не один. Со мной малыш, его зовут Матвей. Можно к тебе в гости?

– Заходите, если пришли, – проскрипел из темноты голос. – Давно тебя, Баюн, не было. Подожди, я зажгу свет.