Неминуемое соблазнение

Откуда ей это известно? Она знала про это раньше или просто представила себе? И почему она решила, что у нее раньше не было прислуги? Ведь у Пьетро в доме всегда была экономка. Она покачнулась.

– Молли? Что с тобой? – Пьетро бросился к ней. – Присядь, – предложил он, беря ее за локоть и подводя к тенистой беседке во внутреннем дворике на крыше. Он бережно усадил ее на стильный кованый стул с кремовыми подушками.

Цвет небеленого полотна, так определила про себя Молли колор мебели в патио.

Она почувствовала на лбу его прохладную ладонь.

– У тебя болит голова? Я отнесу тебя в постель. – Он потянулся было к ней, но она покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Потому что ее первой реакцией было принять его предложение. Но не потому, что ей хотелось прилечь, – она жаждала оказаться в его объятиях.

Единственное, что она знала точно со времени их первой встречи, – ей комфортно и спокойно от его прикосновений.

Она прочистила горло.

– Спасибо, не нужно. Со мной все в порядке, честно.

Он присел на корточки перед ее стулом, а она сжала пальцами мягкую подушку, чтобы не поддаться искушению взять его за руку.

Он был до неприличия красив. Особенно когда смотрел на нее так пристально и с такой заботой.

– Я просто кое-что вспомнила.

К ее удивлению, вместо улыбки на его лице она увидела, что его соболиные брови сошлись на переносице.

– Да? Что-то важное?

– В моем случае любое воспоминание важно. – Она склонила голову набок, пытаясь расшифровать хмурое выражение его лица.

Но вскоре сдалась и улыбнулась. – Я вспомнила про садоводство.

– Садоводство? – удивленно переспросил Пьетро.

– Глупо, да? Ты подумал, что мне вспомнится что-то важное, ты, например, или наша свадьба, или мой приезд в Италию. – Молли пожала плечами и удобнее уселась на стуле, наслаждаясь солнцем и теплом после сумрака больничной палаты.

Он медленно кивнул.

– А из главного ты ничего не вспомнила? – Голос Пьетро звучал напряженно.

Молли вдруг поняла, через что ему пришлось пройти, когда он узнал о бесследном исчезновении жены.

А потом она нашлась, но не помнит его. Он тоже натерпелся.

Ей хотелось взять его за руку или разгладить морщинку на лбу, но она не посмела, поскольку считала, что плохо его знает.

Улыбка растаяла.

– Извини, что не оправдала твоих надежд. Мне вспомнилась какая-то ерунда про то, что я никудышный садовод. Я раньше шутила, что есть люди, от прикосновения которых цветы растут, а от моих прикосновений они вянут.