Запах ночного неба

Келлан не отрывал от нее больного, режущего взгляда. Он в несколько больших шагов пересек келью и остановился у изголовья кровати, ничего не говоря. Алана оперлась спиной на стену и тоже боялась нарушить тишину.

– Я все знаю, – отчеканил Келлан.

– Что знаешь?.. – почти беззвучно выдохнула Алана, пораженная резкостью и незнакомой интонацией его голоса. Сразу же пришло понимание: ну конечно, он знает, что черный герцог проявил к ней участие. И знает, что сердце самой Аланы предательски дрогнуло. Знает, что она не рассказала о знакомстве с Даором Карионом, потому что было, что скрывать.

Но было ли что скрывать?

И откуда ему это знать?

– Отдай мне амулет.

И знает, что Даор Карион вернул ей змеиный крест, и что она ничего не рассказала, боясь, вдруг мамин амулет заберут? Алана порадовалась, что не взяла крест с собой. Она медленно, не сводя глаз со ставшего почему- То пугающим Келлана, сняла амулет Сина и протянула его вперед на раскрытой ладони. Келлан рванул амулет из ее руки и отшвырнул его в угол комнаты.

Алана вздрогнула.

Келлан взялся за изголовье кровати и наклонился, приблизив свое лицо к ее. Раньше он тоже делал так, глаза на уровне глаз, и тогда Алана обычно вспыхивала и с удовольствием отвечала на поцелуй, но сейчас его взгляд обжигал, а губы были плотно сжаты. Невероятный гул как молот обрушился на ее разум, и в глазах потемнело. Алана поняла, что он вторгается в ее разум и только пискнула:

– Прекрати, пожалуйста. Я тебе и так все расскажу.

Келлан не ответил.

Тяжесть его мысленного прикосновения не иссякала, и Алана зажмурилась, только надеясь, что все быстро закончится, но становилось лишь больнее. Она не понимала, что он ищет. Мысли кашей мельтешили, у Аланы не получалось сосредоточиться ни на чем конкретном, и это было мучительно, будто кто- То специально сводил ее с ума.

Она толкнула Келлана в грудь двумя руками. Абсолютно бесполезное и безуспешное действие: он не сдвинулся. Алана почувствовала, что по щекам прокладывают дорожки слезы.

– Прекрати, прошу тебя, мне больно! – вскрикнула она, наконец.

Келлан моргнул, его губы дрогнули, и тяжесть пропала. Алана согнулась, подтягивая горячий лоб к коленям, задыхаясь.

– Прости меня, – как- То отсутствующе извинился Келлан, опускаясь на матрас. – Тебе стоило мне рассказать все с самого начала. Тогда, возможно, я бы не стал… – Он замолк.

Алана искала его взгляда, но Келлан сидел, тяжело оперевшись локтями на бедра, и смотрел себе под ноги.