В крепких руках графа

 – Адвокат потер ладони, послышался хруст бумаги. – Возможно, завтра.

– Завтра будет поздно.

Вспышка молнии, прервав его слова, озарила застывшие лица присутствующих.

Наконец Бейн вступил в круг света. Его черная тень поползла над кроватью вверх по стене, словно дурное предзнаменование.

– Я здесь.

За окном прогремел гром, заглушив бормотание старика.

Бейн скривил губы. Уже не имело значения, что хотел сказать граф. Через несколько мгновений аббатство Бересфорд должно перейти человеку, в жилах которого нет ни капли крови Бересфордов.

О, старик пытался сделать из своего презренного внука достойного человека, как только узнал, что тот может претендовать на наследство. Он пытался затолкать двадцатилетнего парня в общепринятые рамки для молодых людей его возраста и положения. Устроить в правильную школу, дать надлежащее образование. Насколько семья его матери могла себе это позволить. Бейн использовал все свои возможности, чтобы забрать то, что по праву принадлежало ему. Матери пришлось бежать из аббатства, поскольку она боялась за его жизнь.

Она потеряла состояние в попытке спасти сына. Чувство бессилия, которое довелось ему испытать в тот день, преследует его и поныне. Он боролся. Как умел. А эти люди насмехались над ним. В тот день он поклялся, что никто не сможет снова его заставить чувствовать себя слабым и беспомощным. И никому не удавалось. Особенно лежащему в постели старику.

Он взял все самое лучшее от обоих классов, к которым принадлежали его предки. От шахтеров, с которыми доводилось вместе работать во время летних каникул, – силу, от дворян – титул и власть.

Бейн полностью распоряжался своей жизнью.

Никто никогда не будет им манипулировать. Ни брат его матери, ни граф.

Бейн бросил взгляд на собравшихся. Если бы хоть кто-нибудь из них сжалился над его матерью, предложил поддержку, в его сердце нашлось бы немного сострадания. Но этого не произошло. Он обнажил зубы в таком злобном оскале, что даже Рейнджер бы ему позавидовал.

Старый граф устремил на него покрасневшие выцветшие водянистые голубые глаза, всем своим видом выказывая презрение.

– Что, стервятники, слетелись?

– Вы посылали за мной, дедушка. – Голос Бейна прозвучал насмешливо.

Граф задержал взгляд на его лице и покачал головой.

– Будь проклята твоя мать. Это из-за нее мой сын так рано угодил в могилу.

Услышав неприятные речи, Бейн закипел от злости. Вряд ли можно было обвинять его мать в том, что пьяный лорд не смог справиться с экипажем.