Медвежонок Ромми

 – Почему ты сегодня так долго задержался здесь?

– Вот, дочка, все пытаюсь выяснить, кто же этим вечером все подшучивает надо мной.

– Бог в помощь!

– А что привело тебя сюда, милая моя?

– Беспокойство!.. Знаешь, дорогой отец: я пришла сюда, чтобы узнать, все ли у тебя в порядке.

– Сегодня вечером я в этом не уверен, – ответил Хоси и задумчиво пригладил рукой острую бородку.

– Может, ты заболел или же просто утомился?

– Вроде бы я здоров… и одновременно болен.

– Я подумала, что ты говоришь серьезно, но похоже на то, что ты просто шутишь.

Но я вижу, что глаза твои полны необъяснимого волнения: способного заставить сердце биться чаще, мысли кружиться в водовороте эмоций, а слова путаться вокруг языка. С этим магазином игрушек ты скоро сойдешь с ума или окажешься на больничной койке. Ты слишком стар, чтобы заниматься такими делами. Нужно продать его поскорее. Что ты на это скажешь?

– То же, что и раньше! – воскликнул старичок, сердито смежив брови. – Я никогда не продам этот чудесный магазин.

И хватит об этом!..

Когда Холи увидела, как сильно разгневался ее отец, она по-доброму улыбнулась ему, крепко обняла, а после, отстранившись, произнесла:

– Как тебе будет угодно, батюшка. Я просто желаю тебе добра.

– Тогда почему все настаиваешь на своем?

– Хочу, чтобы ты меньше волновался и больше радовался.

– Какая же мне будет радость без этого магазина и игрушек?

– Я не знаю. Но когда пришла к тебе, я тоже радости в твоих глазах не увидела.

– Просто ты еще не знаешь, что случилось со мной этим вечером.

– Тогда расскажи мне.

Оставив медвежонка наедине с другими игрушками, Хоси проводил свою дочь к прилавку, где они, удобно устроившись, смогли как следует поговорить.

Когда все слова были сказаны, старик с дочерью вновь вернулись к улыбающемуся медвежонку, чтобы повнимательнее изучить его.

– Игрушки не могут разговаривать, папа! – созерцая плюшевого мишку, сказала Холи.

– Но здесь больше никого не было, и медвежонок этот подмигивал мне.

После того как Холи посмотрела на отца, Хоси понял, что дочь не верит ему. Возможно, даже считает сумасшедшим.

– Так почему же он, – сказала Холи, кивнув в сторону плюшевой игрушки, – сейчас ничего не говорит?

– Наверное, стесняется, чувствуя себя в нашем присутствии неуверенно. Ты себя в детстве тоже так вела.

То, что Хоси говорил об игрушке, словно рассуждал о человеке, не понравилось Холи. Она стала еще больше волноваться о психическом здоровье отца.