Мир из прорех. Иные земли

 – Голос сорвался, и Артему не с первого раза удалось подняться на ноги – голова кружилась, наверное, от счастья.

Это было эгоистично – но, похоже, он и впрямь до сих пор надеялся, что она тоже тут.

Девушка подошла ближе, и сомнений не осталось. Это она – рыжая коса небрежно перекинута через плечо, серые глаза насмешливо разглядывают его костерок и припасы, веснушчатый нос морщится, как будто она вот-вот улыбнется. Рукав куртки – в бурых пятнах. Сандр ранил и ее?

– Нет, – сказала Кая, будто прочитав его мысли.

– Кая, – тупо повторил он. Голова закружилась сильнее. – Местные ягоды… не стоило есть.

Она не отвечала – остановилась рядом с ним и покачалась с пятки на носок, хмурясь. Они молча смотрели друг на друга.

– Ну, – наконец сказала Кая, – что интересного ты читал в последнее время?

– Что? – Артем сделал неуверенный шаг к ней, и мир вокруг накренился: темные контуры деревьев у нее за спиной, береговая линия, невысокие волны, и сам он едва не съехал вниз.

Он попытался ухватиться за нее, чтобы удержать, но, хотя Кая оставалась неподвижной, не сумел.

– Что происходит? Это землетрясение? Нам нужно… Нам нужно…

– Я прочитала «Божественную комедию», – заявила Кая. – В ней рассказано про место, которое называется Ад. Ты о нем слышал? Там пусто. Там никого нет.

Она рассеянно перебирала пальцами косу, и Артем вдруг вспомнил: Кая ее отрезала. Теперь у нее короткие волосы, неровно торчащие во все стороны. Ее роскошной косы больше нет нигде – только в его воспоминаниях… И видениях.

– Это ночные бражники, – объяснил он Кае, держась за валун, чтобы не упасть. – Но это не так страшно, как я думал. Главное, чтобы сняло жар.

Кая протянула руку, коснулась его лба. Он прильнул к ее ладони, но не почувствовал прикосновения.

– Я тебя больше не увижу? – прошептал Артем с болью, поразившей его самого. – Больше никогда, так?

Кая отвела взгляд в сторону. Пальцы, перебирающие косу, напряженно замерли. Взгляд серых глаз стал каким-то тусклым.

– Ладно, не отвечай. – Он упал на руки, и острые камни впились в ладони. – Даже лучше… Не отвечай. Скажи только одно, пожалуйста…

Костер с треском пожирал сухой мох и остатки кашицы из бражников. В небо поднимался удушливый густой дым.

– Только одно, – повторил Артем, задыхаясь. – Ты уцелела? Там, в Красном городе? Ты жива?

Кая еще некоторое время внимательно смотрела на него, а потом серые глаза мигнули и засияли, ожили:

– Да. Да, я жива.