Мир сказок, или Змеиные руки

На сей раз твои отказы я не принимаю. Говорю тебе мое нет, а королевичу да.

Она ни слова не сказала, а выбежала на крыльцо своего большого красивого дома и хотела было горько заплакать – как она сможет с таким уродом всю жизнь жить!? С таким и богатства не надо , без любви-то.

Разревелась девушка, ладонями слезы утирает, не унимается, аж грудь сотрясается. Лишь бы с любимым даже в шалаше жить. А тут как раз появился молодой соседский паренек Ваня-дурачок. По пыльной дороге скакал на палке парень в рваных штанах да в потертой майке и босиком.

Но лицо его было красивым, хоть красоту затмевала глупость.

Приостановился он возле Любаши и крикнул:

– Чего плачешь, красавица? Садись на моего коня, довезу тебя куда хочешь, с ветерком? – и подпрыгнул на своей палке, подтверждая приглашение.

Любушка еще больше разрыдалась и подумала: вот бы этот парень был умным, я бы даже за него вышла замуж, он намного лучше, чем царь.

– Говорю ж, не рыдай.

Немного успокоившись от его веселого тона, утерев мокрые покрасневшие глаза, еще сквозь мокрую пелену, в этот момент для себя отметила: «Эх, был бы он не дурак, а так ведь какой он красавец! Хороший жених бы вышел…»

– Да, ладно, Ваня, кобылка твоя устала.

Давай в следующий раз прокатимся.

А дурачок Иван сплюнул ноги и поскакал дальше, махнув на девушку рукой: да ну тебя дура.

В это время жених царевич распрощался с попом и пообещал дать ему за дочь полцарства и прислать сватов через неделю, а когда умрёт царь-батюшка, то и королевой станет.

Поп обрадовался, посмотрел на свои железные под замком сундуки и улыбнулся – только он знал, что эти сундуки скрывают половину золотых монет, представил себе их уже полными золота, подкрутил свои длинные усы, погладил бородку:

– Ах, какая пышная свадьба будет, загляденье. Хвала Богу, что дал моей дочери такую красоту, что и с царями породниться не грех.

Царевич пообещал готовиться к свадьбе и что пришлёт сватов.

Люба не знала куда себя от горя деть. Путем не спала и не ела, осунулась, и наряды ни в радость. От царя подарки привезли, украшения, служанок прислали. Наряжают ее, охают:

– Посмотри, какие кружева, жемчугом шелка отделаны.

А она только смотрит печально на себя в зеркало и со стоном вздыхает:

– Зачем мне все это, когда с таким мужем и жизнь ни в радость…

А присуги ее уговаривают, увещевают:

– Да ты что, все стерпится, слюбится.