Миры и истории. Книга третья. Академия. Магия воздуха.

Ирония – хорошее качество, не теряй его, – Тоут присел на край стола. – Но сам подумай, что такое в здравом уме? А что такое реальность? Для твоего мозга реальность и воображаемый мир – абсолютно одно и то же. Ты же просыпался хоть раз в жизни от кошмара, который казался реальным? А с чего ты думал, что это фантазия? Может, ты слышал о людях, которые живут в мечтах и в воображении, не обращая внимания на действительность? Иногда они гораздо счастливее практичных реалистов. Просто их жизнь там, где реалисты не ходят.

Но это тоже настоящая жизнь!

– У меня уже мозги от всего этого плавятся, – признался я моему… Наставнику?

А, кстати, кто он мне?

– Ничего у тебя не плавится и расплавиться не может, – улыбнулся Тоут, скрестив руки на груди и всё так же сидя на краю стола. – Думай! Всегда думай! «Плавишься» ты из-за эмоций, потому что переживаешь, справишься ли. А мозг никогда не устаёт от интеллектуальной работы, это самый совершенный биокомпьютер, но он тоже не автономен.

Если каждый день делать одно и то же, этот компьютер начинает работать на автопилоте в полуспящем режиме.

Для развития ему нужны встряски. Мозги, как угольки в костре, их постоянно нужно шевелить…

– Чем?

– Кочергой!.. Ну, конечно, работой, Денис! Мозг нужно загружать, тренировать и развлекать! Учёбой! Да чем угодно: книгами, головоломками, кроссвордами, кино, полезной едой, спортом на свежем воздухе, мечтами… Витать в облаках – это тоже полезно. Мозг постоянно хочет быть занят.

Не зря на твои запросы он откликается даже тогда, когда ты этого не осознаёшь. Например, если ты вдруг задумаешься о машине конкретной марки, то тут же начнёшь видеть повсюду именно такие машины. Не потому, что их стало больше, а потому, что твой мозг пытается дать тебе то, чего ты хочешь.

Он видит то, о чём ты думаешь. И стирает ненужное.

– Стирает? Это как?

– Если ты что-либо забываешь, это значит, что ты этими данными давно не пользовался, и твой биокомпьютер решил, что они уже лишние.

Так что о важном вспоминай как можно чаще… – тут он сделал паузу и совершенно неожиданно для меня спросил. – Давай начнём?

Я даже не заметил, когда он встал со стола.

Но послушно прошёл за ним за стеллаж, где лежали два плетёных коврика из соломы – в полуметре друг от друга – и свечка на пластине из камня. Тоут по-турецки сел на один коврик и жестом пригласил меня устроиться на другом.