Мистиклэнд. Легенда о пяти королевах

Для таких слуг, как Ирис, это были утомительные дни, но они того стоили. Каждый бал вдохновлял ее на создание бесчисленных гобеленов, которыми девушка не могла налюбоваться. Теряясь в своих работах, она чувствовала прилив гордости и счастья (тем более, Ирис еще не знала, что ее младший брат однажды высморкался в одно из ее творений).

– Работа с хрусталем, значит… Какой необычный дар. Не то что у других, – дразнясь, Крис высунул язык. – У тех, кто говорит, будто у них на ногах надеты колбы из-под зелья.

– По крайней мере, от моего дара не болит голова, – усмехнулась в ответ Ирис.

– Глу-у-упо-о-ости-и-и! – пропел Крис.

Услышав его голос, проходившая мимо служанка ускорила шаг, чтобы скорее исчезнуть из виду. Крис сделал грустное лицо и перестал петь.

Его дар был настоящим проклятием. Бедный Крис очень любил музыку… но музыка не любила Криса. Слушать, как он поет, было невыносимо: каждый раз, когда юноша пытался взять пару нот подряд, о себе заявляло его волшебное умение вызывать головную боль у любого, кто окажется рядом.

И он никак не мог обрести контроль над своим даром, потому что так и не нашел никого, согласного на подобные эксперименты.

– Сними их, раз они такие неудобные, – посоветовал Крис, наблюдая, как Ирис едва сдерживается, чтобы не взвизгнуть от боли. – Я слышал, что ходить босиком – сейчас писк моды у русалок.

– Как они могут ходить босиком, если у них нет ног? Потерплю еще немного, ничего.

Заодно покажу их Хане, ей-то обязательно понравятся! Думаешь, они уже приех?.. А-а-ай!

Ирис пошатнулась. Коридор начал качаться из стороны в сторону, как знамя, развевающееся на ветру. Ее стеклянные туфельки стучали по дрожащему полу, и девушка схватилась за брата, пытаясь сохранить равновесие, но…

– Крис!

Ее брат потерял сознание. Оперевшись на вибрирующую стену, Ирис попыталась приблизиться к нему, но когда она была уже в шаге от него, юноша вдруг поднялся.

Его губы растянулись в улыбке.

– Ты в порядке? – пробормотала Ирис. – Что случи?..

Она резко замолчала, поскольку поняла, что неправильно истолковала выражение лица Криса. Да, его губы изогнулись, но эта кривая линия напоминала улыбку так же, как меч – швейную иглу.

– Крис, что?..

Он начал петь. Ирис вскрикнула. Голос брата ощущался как горсть камешков, царапающих череп девушки.