Моё индейское лето

 – Только Дом Имперского Штата! И никаких «сначала Бруклин»! Что тут у нас хорошего? Они должны первым делом увидеть всю мощь и красоту города, а это возможно только с Манхэттена! С высоты! С высоты птичьего полёта!

– Бабушка, когда ты там птиц видела? – вслед за голосом Эсфири Абрамовны послышался голос Ребекки.

– Это образ, образ! Фигура речи! Птицы летают высоко, видят далеко. Ты что, не помнишь, какой прекрасный вид открывается со смотровой площадки? Наша страна, наш город, наша гордость! Вот что надо показать в первую очередь.

– Хорошо, бабушка, конечно, сразу туда… – покладисто бормотала Ребекка. – А потом куда?

– Я предложил бы… – еле слышно донёсся голос Вашингтоши, благодушного папы Ребекки.

Ульяна хихикнула и закрыла дверь. Она поняла – все давно проснулись, собрались внизу в гостиной и обсуждают планы на день. Конечно, Ульяна руками и ногами была за прогулку! Разумеется, сначала Манхэттен, чтобы первым делом посетить Эмпайр-стейт-билдинг[2 - Эмпайр-стейт-билдинг (Empire State Building) – небоскрёб с двумя смотровыми площадками, открытыми для посетителей, офисное здание в Нью-Йорке.

Дословно название можно перевести как «Дом Имперского Штата». Имперским Штатом американцы называют сам Нью-Йорк – мировой центр культурной и экономической жизни.], на высоте которого каждый американец может с гордостью почувствовать себя повелителем мира. Бабушка рулит! Хотя наверняка каждый турист, оказавшийся в Нью-Йорке, первым делом лезет на всем известную башню.

Ну и правильно! И мы туда же!

Ульяна вытряхнула из чемодана свои немногочисленные вещи, быстро подобрала подходящую одежду, разложила её на кресле и бодро побежала умываться.

Когда она оделась и вышла из комнаты, в доме было тихо. Все уже стояли на улице у крыльца. И сражались. Бабушка Эсфирь запрещала вызывать такси. Ей хотелось самой довезти семью до главных достопримечательностей. Как ни увещевала Ребекка, что на такси будет быстрее и спокойнее, бабушка не соглашалась.

Это была её идея – а потому никаких компромиссов! Она усадила в свою машину сынишку Вашингтошу с супругой и Ульянку. Единственная бабушкина уступка заключалась в том, что Ребекка с Кеном должны были ехать на метро – демократично и быстро.

Наконец машина тронулась с места. Бабушка рулила уверенно, непрерывно что-то рассказывала и въезжала в каждую выбоину на дороге, которые начинались сразу за Бруклинским мостом.