Сороки-убийцы

Поворот направо или поворот налево: дом номер четыре по Уинсли-Террас – это не Пай-Холл, тут выбор невелик.

Вдвоем они вошли в гостиную, чистую и уютную комнату: ковер с круговым орнаментом, диван и два кресла и эркерное окно. Дополняли обстановку электрокамин и телевизор. С минуту они неловко молчали.

– Как ты? – спросил Магнус.

Он на самом деле хочет знать? Ему это интересно?

– Все замечательно, спасибо, – ответила Кларисса. – Как сам? Как Фрэнсис?

– А, с ней все замечательно. В Лондон поехала… за покупками.

Последовала очередная неловкая пауза.

– Могу я предложить тебе чего-нибудь выпить? – спросила Кларисса. Возможно, это просто визит вежливости: другая причина, по которой брат мог оказаться здесь, не приходила ей в голову.

– Было бы недурно. А что у тебя есть?

– Есть шерри.

– Спасибо.

Магнус сел. Кларисса подошла к угловому шкафчику и достала бутылку. Она стояла там с Рождества, кажется. Не испортилось ли шерри? Кларисса наполнила два стакана, понюхала, потом вернулась к гостю.

– Жаль слышать, что вас ограбили, – сказала она.

Магнус пожал плечами:

– Да, дома нас встретили не самым приятным образом.

– Когда вы вернулись из Франции?

– В субботу вечером. Входим в дом и обнаруживаем, что там все перерыто. Этот чертов идиот Брент не отремонтировал заднюю дверь. Я рад, что избавился от него, он давно уже действовал мне на нервы. Садовник из него неплохой, но поведение его мне никогда не нравилось.

– Ты его уволил?

– Думаю, настало время ему съехать.

Кларисса отпила шерри. Напиток прилипал к губе, словно отказываясь литься в горло.

– Слышала, ты потерял часть серебра?

– Почти все на самом деле. Признаться честно, времечко выдалось трудное: эта история и все прочее.

– Ты имеешь в виду Мэри Блэкистон?

– Да.

– Я огорчилась, не увидев тебя на похоронах.

– Знаю, мне жаль. Я не знал…

– Но викарий вроде бы написал тебе?

– Написал. Вот только я получил его письмо слишком поздно.

К шерри Магнус не притронулся. Он обвел взглядом комнату, словно видел ее в первый раз.

– Тебе здесь нравится?

Вопрос удивил ее.

– Нормально, – ответила Кларисса. Потом придала голосу больше твердости: – На самом деле я здесь очень счастлива.

– Правда? – Он произнес это таким тоном, словно сомневался в ее искренности.