Молли Мун и волшебная книга гипноза

– Мисс Гадкинс, – простонала она, извиваясь всем телом. – Меня тошнит.

Мисс Гадкинс отпрянула, будто ей на дороге встретился воинственный скунс, и торопливо огляделась по сторонам.

– Где же тазик? – Потом она увидела его высоко на шкафу.

Молли тем временем издавала громкие утробные звуки. Пока мисс Гадкинс карабкалась на стул, чтобы добраться до тазика, Молли украдкой выдавила в рот немного кетчупа и набрала глоток воды. Едва мисс Гадкинс с тазиком в руках ступила на пол, Молли кинулась к ней и выхватила тазик.

– Уы-гх ву-уфф. – Изо рта у неё на стальное дно выплеснулась розовая жидкость. Для пущей убедительности Молли покряхтела ещё немного: – Ууырр-гхх, у-хх-ффу.

Кажется, представление удалось на славу.

– Простите, мисс Гадкинс, – еле слышно пролепетала она.

Воспитательница с отвращением отстранилась и ещё раз посмотрела на градусник.

– Скорее собирай вещи – халат, зубную щёт… – Она запнулась. – Собирай вещи, и пойдём в изолятор. У тебя температура сорок два.

Угораздило же тебя! Надеюсь, мы все не заразимся. И вымой этот гнусный тазик. Забери его с собой.

Молли чуть не подпрыгнула до потолка от радости, что сумела провести мисс Гадкинс, но ничем не выказала своих чувств. Еле волоча ноги, она уныло потащилась в спальню, взяла лёгкий халатик и шлёпанцы, достала из шкафа тёплую кофту и прихватила мешок с бельём, в котором, разумеется, лежала книга по гипнотизму. Потом по выстланной бутылочно-зелёным линолеумом лестнице направилась в изолятор.

Это не был настоящий изолятор со множеством комнат и кроватей. Изолятором в Хардвикском приюте служила одна-единственная крохотная комнатка на чердаке, под самой крышей, подальше от спален. Она располагалась прямо над квартирой мисс Гадкинс. Молли прошла мимо площадки, куда выходила дверь воспитательницы. Она была уставлена тяжёлой мебелью красного дерева, на стене висел громадный портрет хозяйки. На полу около коричневого серванта лежала фиолетовая подушечка Петулы, рядом с ней – целая коллекция небольших камушков и гальки.

Петула имела странную привычку сосать камни и выплёвывать их. Возле камней стояло блюдце, полное шоколадного печенья.

Молли поднялась к изолятору, распахнула дверь и, поскольку ноябрьский день выдался солнечным, обнаружила, что внутри довольно тепло. В лучах света, падающих сквозь оконные стёкла, плясали пылинки, на подоконнике между створками валялись дохлые мухи. Возле жёлтой стены стояла латунная кровать.