Море на Рождество

Как только солнце шагнуло на пик бархатистого неба, в жёлтую краску упала последняя капля речной воды из заветного флакончика. Свершилось! В Марбург пришёл рассвет. Дафна, Сальвадор и Зараза успели! Успели разбавить все засохшие краски. И вдруг Дафна поняла, что красок-то у её матери всего ничего! Синяя, зелёная, жёлтая, чёрная, да полбаночки белой.

– Дафна! Дафна! И куда же ты запропастилась? – внезапно раздался голос Мирры.

– Проснулась… – прошептала Дафна, глядя на зевающих Сальвадора и Заразу.

 – Слушайте, я скоро убегу в школу. Вернусь поздно, так надо. Следите за мамой. Ах, Зараза! Заразулечка! Отныне ты – друг нашего дома. Идём, угощу вареньем.

Зараза обрадовалась и распушила крылья.

– Как тебе спалось? – усевшись рядом Миррой, спросила Дафна.

– Знобило… Кошмары снились. Будто стоишь ты одна на берегу Лана, а вода в нём неспокойная, мутная. А рядом с тобой не то русалка, не то водяной. Существо, в общем, неприглядное, – ответила Мирра.

По спине Дафны пробежали мурашки. Она чуть было не рассказала матери всё, что с ней случилось. Но передумала.

– Мамочка, от болезни ещё не такая ерунда приснится. Вот я, здесь. И никаких русалок ночью не видела.

– И хорошо. Надо бы веточку нашу еловую как-нибудь нарядить, – предложила Мирра. – Лучше старыми игрушками. Знаешь, у нас и те сохранились, что я из дому когда-то привезла. Вот из школы придёшь и нарядим.

Под свою потрёпанную куртку Дафна натянула два худых свитера.

Вышло что-то вроде «капусты под шубой». Но скитаться предстояло и на улице, а там по-прежнему бесновались голодные ветры. В школу идти жуть как не хотелось, но и здесь Дафна сама себя уговорила. Зареклась ругаться с одноклассницами и поклялась себе высидеть на уроках хотя бы до обеда. Вся эта идея, разумеется, рухнула, когда задиристая Клара Кёнинг снова назвала её сумасшедшим цыплёнком, а Мирру – художницей от слова «худо». В коридорах запахло дракой, и вот тут-то прозорливая уборщица, имени которой никто не знал, вымела девчонок прочь из школы.

Декабрь ликовал. Город наполнялся заманчивыми запахами леденцов, сахарных булок в клюквенном сиропе и домашней брусничной настойки. Дафна так проголодалась, что не задумываясь последовала за ароматами. И те привели её на рождественскую ярмарку, куда съехались торговцы из самых дальних немецких городков и деревень.