Море на Рождество

Шоколадные замки с зефирными окнами. Давно она ничего такого не ела. А денег на сладости не было. И прежде любопытное путешествие от прилавка к прилавку превратилось в истинное мучение для глаз и желудка. Вскоре Дафна замёрзла. А торговец ёлками как раз подливал себе горячего грушевого чаю.

– Здравствуйте! – робко сказала она. – Торговля идёт?

– Приветствую, – улыбнулся бородач. – Бледная какая! Замёрзла? Держи пряник. Прикупил у торговки из Берлина целый мешок. Думал, съем! Но вот на этом понял, что лопну.

Дафна с радостью приняла угощение. Ей хотелось мигом сорвать с пряника шелестящую бумагу и откусить глазированный бочок, но она остановилась.

– Чего не ешь? Вкусно же, – заверил господин.

– Маме отнесу, – ответила Дафна, – мы его напополам!

– Ну-ну… Хорошая мысль, – одобрил рыжебородый и добавил: – А торговля идёт. У меня – хорошо! У остальных – так себе! Не слишком-то ладно.

– Это почему? – спросила Дафна.

– Ну сама посуди: у меня ёлки, да ещё и самые пушистые и душистые на ярмарке! Ёлки всем нужны. А вот игрушки-побрякушки, посуда всякая… Кого этим удивишь? Что, у марбургцев посуды нет? Надоели покупателям обычные подарки, им что-то интересненькое подавай! Хоть бы уж верблюда кто привёл или слона. Глядишь, и купили б люди верблюда-то! Пусть неудобный он, плюётся, но всё равно занятней всяких тарелок!

– Где ж его взять, верблюда? – расхохоталась Дафна. – Если только на ковре-самолёте за ним и слетать…

– Так слетай! Нужны тебе деньги? Верблюда, продашь – деньги получишь! Есть у тебя ковёр-самолёт? – спросил господин.

– Ковра нет. Самолёта тоже, – вздохнула Дафна. – Но за совет спасибо!

– Да чего уж там! Если б совет на хлеб можно было намазать. Ну а впрочем, пожалуйста, – и господин вернулся к своим ёлкам, намекая, что некогда ему на всякую болтовню время тратить. Тут и покупатель нахлынул.

Дафна ещё немного по ярмарке побродила, поглазела и припустила домой.

– Пепе, я сейчас обморожусь, можно мне уже домой?

Река молчала. Вода лениво глотала падающие снежинки.

– Ну я пошла? Думаю, вот сейчас – самое время! – и, не дождавшись одобрения, Дафна побежала на жёлтый свет лампы, что струился из самого большого окна её дома. Дафна знала: мать всегда зажигает пузатую лампу в сумерки.