Установленный срок

Я думаю, что должен начать свой рассказ с объяснения понятным языком некоторых очевидных преимуществ, которые будут сопутствовать введению Установленного срока во всех странах. Что касается закона, то он был принят в Британуле. Его принятие было первым вопросом, что обсудила наша молодая Ассамблея, когда мы стали самостоятельными, и хотя по этому поводу возникали споры, ни в одном из них не было высказано возражений против системы. Я сам, в возрасте тридцати лет, был избран спикером этой Ассамблеи. Но, тем не менее, я смог обсудить достоинства законопроектов в комитете, и сделал это с некоторым энтузиазмом.

С тех пор прошло тридцать лет, и мой срок приближается. Но я по-прежнему энергичен, как и всегда, и уверен, что доктрина в конечном счете восторжествует над всем цивилизованным миром, хотя я признаю, что люди еще не созрели для этого.

Установленный срок уже обсуждался настолько подробно, что мне практически не нужно объяснять его принципы, хотя его преимущества могут потребовать нескольких слов аргументации в мире, который в настоящее время не поддается его очарованию.

Она заключается в полном устранении страданий, слабости и жалкого маразма старости путем заранее оговоренного прекращения жизни тех, кто в противном случае стал бы стариком. Нужно ли объяснять жителям Англии, для которых я в основном пишу, насколько велики эти страдания и насколько велика стоимость той старости, которая не в состоянии в какой-либо степени обеспечить свои собственные потребности? Мы, британульцы, утверждаем, что такая старость не должна быть допущена. Ее следует предотвратить, в интересах как молодых, так и тех, кто становится старым, когда он вынужден жить после окончания времени трудов. Человечество совершило две ошибки по отношению к своей собственной расе, – во-первых, позволив миру быть обремененным постоянным содержанием тех, чьи заботы должны были прекратиться, и чьи проблемы должны были закончиться. Разве не то же самое говорит Псалмопевец: "дние лет наших в нихже седмьдесят лет, аще же в силах, осмьдесят лет, и множае их труд и болезнь". И второе – требование к тем, кто остался – жить бесполезной и мучительной жизнью. Обе эти ошибки произошли от непродуманной и необдуманной нежности, – нежности к молодым, не призывающей их обеспечить достойный и комфортный уход в вечность своих предков; и нежности к старикам, чтобы человек, когда он не обучен и не знает добра и зла, не захотел покинуть мир, для которого он не приспособлен.