Черные крылья

– Ну конечно, – хохотнул шут. – Мышонок любит грызть не бифштексы, а гранит науки.

И вот здесь я взбесилась, глядя на наглые ухмыляющиеся рожи золотых деток, никогда не знающих нужды.

– Я не мышонок, – прошипела я и встала. – Не вижу ничего смешного в том, что стараюсь жить своим умом. Для меня стипендия – это не мелочь, а один из важных источников дохода… Буду признательна, если кто-нибудь покажет мне выход на улицу.

– Мышонок, ты же за своё выступление кучу денег огребла. Ты у нас не только зубастая, но и жадная? – продолжал ёрничать Вики.

Зря он мне напомнил о том представлении. Я впилась ногтями в ладони, чтобы не впиться ими в эту наглую рожу.

– Не знаю, о каких деньгах вы говорите. Так мне покажет кто-нибудь выход или самой найти?

– Я провожу, – вскочил мой несостоявшийся друг.

Пока мы шли, Ант несколько раз пытался со мной заговорить, но я отмалчивалась. На него я обиделась сильнее всего. Прикидывался таким милым, понимающим… Противно!

Когда я вышла из «Чёрных Крыльев», то решила, что больше никогда сюда не вернусь.

Пусть богатенькие мальчики других дурочек для своих розыгрышей ищут.

С меня хватит!

ГЛАВА 4. Приоритеты

«Мы все, как белки в колесе, бежим по кругу.

Беги! Беги! И верь, что ты чего-то стоишь.

Беги по кругу. Быстрей беги по кругу…»

Одна из самых мрачных песен Роя из группы «Оникс» навязчиво преследовала с утра. И настроение у меня было соответствующее, когда я вошла в аудиторию. Эльвира уже явилась.

Как ни в чем не бывало, расцвела улыбкой и помахала мне рукой, приглашая занять место рядом с собой.

– Инга, ну наконец! Я уже переживать начала, что ты заболела. Слушай, поможешь с практикумом? Матеш совсем офонарел. Почти всей группе «неуды» влепил. Он что, думает, если сам по жизни урод…

Она осеклась, когда я прошла мимо. Ненавижу последние ряды. Слушать там лекции гораздо хуже из-за постоянного бубнежа студентов. И всё же лучше там, чем с Эльвирой. Я миновала Анта, чью приветственную улыбку проигнорировала, и поднялась ещё на три ряда вверх.

Свободное местечко нашлось недалеко от Агаты Жемчужной.

Признанная красавица сидела прямо, словно стержень проглотила. Она что-то быстро набирала изящными пальчиками в телефоне и загадочно улыбалась. Пространство вокруг неё окутывал шлейф тонких духов, навевавших мысли о весне в горах. Всё-таки есть люди, которые умеют вбивать восхищение к себе на уровне подкорки. Таким и учиться не надо.