Мошенник на Поле Чудес

Колобок стал пробираться к выходу.

Стараясь не скрипеть, Петич взлетел по ступенькам обратно в зал. Тут он сразу же бросился к Ларику.

– Отойдем, дело есть, – шепнул он.

– Какое еще дело? Тут и так все в делах, – отмахнулся было Ларик.

Он так увлекся работой с осветителями, что даже вспотел, и белый клок волос прилип к его лбу. Но, увидев лицо друга, Ларик сразу понял: тот раскопал что-то интересненькое.

– Вон тот хмырь, – показал Петич на Колобка, который поднимался на площадку со старым стулом с руках, – ищет здесь что-то.

– Ну, конечно, ищет, – согласился Ларик. – Его же Китыч попросил найти какую-нибудь старую мебель.

– Ме-ебель! – передразнил Петич. – А еще считаешь, что разбираешься в людях. Вынюхивает здесь что-то этот косолапый толстяк, и не просто так вынюхивает, а со знанием дела.

И Петич быстренько рассказал о том, как Колобок простукивал свежую кладку.

– Спрятано здесь что-то, точно тебе говорю! И этот толстый занят поисками. Прикинь, как он ключи требовал – чтобы, значит, беспрепятственно по всему дворцу расхаживать.

– Нет, Петич, так что-то ценное не ищут, – возразил Ларик. – Должен быть план, наводки какие-нибудь. И что, он один поисками занимается? Обычно сокровища или клады ищут группами.

– И где ты начитался такой глупости? – даже обиделся Петич. – Да по-всякому бывает! Вспомни, кому в голову могло прийти, что в нашем овраге алмазы рассыпаны? И что мошенники не парк там устраивают, а камешки из земли выбирают.

Прав был Петич, на сто процентов прав. Всякое бывает в жизни…

Ларик взглянул на Колобка. Тот с довольным видом вытирал лысину. Глазки его маслянисто блестели. Да, точно, нехорошие мысли витают в этой лысой голове! И выражение лица у этого человека – как у кота, собирающегося прыгнуть за мышью.

– Что это вы тут шушукаетесь? – незаметно подошла к ним Вилька. – Люди делом заняты, а вы сговор какой-то учиняете? Или опять приколы свои дурацкие готовите? Учтите, опозорите меня, больше с вами водиться никогда не буду.

Видно было, что Вилька волнуется о своем артистическом будущем.

– Да больно надо тебя позорить, артистка придворная, – хмыкнул Петич. – Не отрывайся от работы. Сейчас будешь Екатерину Великую играть!

Обиженная Вилька отошла к ассистенту режиссера – шустрой дамочке, которая учила ее по-старинному кланяться.

– Нельзя спускать с него глаз! – шепнул Петич Ларику.