Мурррашки. Истории о котах и человеках

Но после каждой альтернативной игры Люси грозилась, что не будет ей хода за пределы комнаты с таким поведением.

В качестве компенсации за испорченное имущество кошечка щедро делилась любовью и лаской со своим человеком.

– Достали они со своей физикой! – Люся швыряла рюкзак к стене, садилась у двери и плакала. – Ну и пусть два выводят. Плевать! Уйду вообще из школы, раз они меня такой тупой и безнадёжной считают.

Люси пристраивалась рядом с рыдающей подругой, тёрлась мохнатой макушкой об её руку.

«Не плачь, милая. Всё наладится. Ты справишься!» – тихонько мурлыкала любимица. Из раза в раз. Потому что вместо физики Люда могла пожаловаться на алгебру, географию или геометрию. История повторялась, Люси мурлыкала.

– Все девчонки как модели. Стройные, на каблучках, в коротких юбках. – Люда вышвыривала из шкафа толстовки-балахоны, широкие джинсы, оверсайз футболки. – А я как корова. Толстая! Да ещё прыщавая!

Девочка садилась у двери шкафа и плакала. А Люси протискивалась к ней на колени, мурчала и тёрлась мокрым носом о солёную щёку.

«Ты самая красивая, не плачь!» – на ушко мурлыкала дымчатая мордашка. Из раза в раз. Потому вместо красивых одноклассниц Люда могла пожаловаться на вредных пацанов в классе, отсутствие друзей, эгоизм матери. История повторялась, Люси мурлыкала.

В последние месяцы Люда не плакала. Затихла. И сейчас, когда Люси грозила расправа водой за подогретый в корзинке шарф, верной подруги и спасительницы рядом не оказалось.

«Так просто я не сдамся!» – зашипела Люси.

От неожиданности Зоэ выронила корзинку. Во все стороны разлетались кошка, шарф и переплетённые прутья. Последние остались мирно лежать на холодном мраморе, а Люси сиганула со всех лап в убежище – комнату Люды.

«Попробуй поймай!» – мяукнула на бегу пушистая и ловко начала открывать лапкой неплотно закрытую дверь. «Вода зашумела сильнее, проливается», – заключила кошка.

Зато визги Мегеры Воландовны о том, что она опаздывает к врачу из-за нерадивой кубинки Зинки, которая не может ни шарф на место убрать, ни кошку поймать и помыть, стали тише.

Люси сидела под потолком на верхнем этаже своего роскошного домика и прислушивалась.

«И мерзкий дождь… и вода в душе», – кошка прижала уши и осмотрелась. В комнате царил хаос, значит, нога горничной ещё не ступала на закрытую территорию Люды.