Мурррашки. Истории о котах и человеках

Она всегда фыркала и ругалась, когда Зоэ расставляла по местам книги, отправляла грязное бельё в стирку или аккуратно раскладывала по полочкам ком из футболок, толстовок и носков. Люси прищурилась. Рядом с огромным письменным столом, заваленным тетрадями, стоял школьный рюкзак. Судя по всему, набитый учебниками. Кошка сканировала пространство дальше. На кровати среди прочего барахла обнаружила потрёпанную шапку Люды.

– Знаешь, какое мое любимое время года, Люси? – однажды спросила девочка.

«Надеюсь, не мерзосень, – мурлыкнула пушистая, пряча нос под лапками.

 – Даже дома холодина. Даже для меня в теплой длинношёрстной одежке».

– Шапка, Люси. Любимое время года – шапка. – Люда натянула яркую вязаную зелень поверх пушистых кудрей. – И длится оно с сентября по май. Прекрасное время, когда я могу спрятать эти убогие кудряшки мышиного цвета.

«Пожалуй, сейчас я бы тоже не отказалась от шапки», – дымчатая пушинка свернулась клубочком.

– Мёрзнешь? – Заботливые руки начали гладить мягкую шёрстку. – Держи шарф, Люси.

Для тебя не жалко, мой мохнатый мёрзнущий друг.

Люда ласково улыбнулась, потёрлась носом о серую мордочку и укрыла кошку мягким шарфом.

Люси смотрела на зелёную вязаную шапку. Застыв, словно скульптура, внимательно слушала шум воды.

«Она дома!» – одним грациозным прыжком преодолела расстояние от домика до двери. Остановилась. Прислушалась. Вход в ванную был в метре от спальни. Но в коридоре могла поджидать опасность в лице Зоэ или тощей мегеры.

«Пёс с ними. Если Люся дома, что-то не так», – с этой мыслью кошка бесшумно оттолкнула дверь и на полусогнутых лапках пошла на шум воды.

На этот раз дверь была захлопнута. «Когда это меня останавливало?» – Люси начала переминаться с лапы на лапу, изящно крутя пушистой попой. Р-р-раз! И мурлыка уже повисла на ручке-фиксаторе, которая податливо опустилась. Люси держалась мёртвой хваткой. Дождалась, пока дверь приоткрылась, а затем спрыгнула и нырнула в ванную комнату.

«Так-так, значит, вместо уроков решила побалдеть… – успела промурлыкать строгая надзирательница, но осеклась.

 – Люся, что это?»

Зрачки кошки расширились. Её подруга лежала в переполненной ванне, без движения, а с левой руки, которая была на бортике, капала вода вперемешку с чем-то тёмным. Лужа быстро расползалась, как живая, заполняя всё свободное пространство комнаты.

«Люся! Люся-я-я!» – пушистая мяукала и поочередно отдёргивала лапки, потому что смесь из двух жидкостей стремительно подбиралась к ней.