Мутантики

В этот момент Блюм незаметно для наблюдавших карликов бросил в монстра горсть заранее припасенного песка, и в ту же секунду чудовище лопнуло, как надувной шарик, и бесследно исчезло.

Бешеный Блюм остановил собак и гордо сошел с колесницы. К нему подбежали удивленные воины.

– Вы убили монстра, начальник, но где его тело? – удивленно спросил Зюзя.

– Он бросился умирать в болото, – процедил сквозь зубы Блюм и указал копьем в сторону болота, на поверхности которого в этот момент лопались пузырьки газа.

Он видел, что все воины восхищены его подвигом, и только у его адъютанта был какой-то разочарованный вид.

– Он хотел быть вождем вместо вас, повелитель! – наябедничал Зюзя.

– А ты хотел получить его копье! – крикнул Обалдуй, и спорщики, колотя друг друга, покатились по траве. Бешеный Блюм с презрением перешагнул через них и крикнул:

– А теперь все в атаку! Лобастики должны быть уничтожены!

И лавина карликов верхом на красноглазых собаках понеслась к библиотеке.

Лобастики в ужасе смотрели в окно на приближавшихся врагов.

– Они раскусили нашу уловку. Что будем делать? – шепотом спросил Хорошист.

– Защищаться. Другого выхода у нас нет, – мрачно сказал Отелло.

Умник грустно вздохнул и прижал к себе Бубнилку. Оба, старый и малая, не могли сами сражаться, им осталось только наблюдать, как бьются другие.

Враги ворвались в библиотеку через выбитую дверь и бросились к лестнице, но ее предусмотрительно облили постным маслом, и карлики кувыркались вниз, пытаясь ухватиться за поломанные перила.

А тут еще Хорошист с Отелло скатили на них со второго этажа пустую бочку, и лестница мигом опустела. Раненые с переломами, ссадинами и свернутыми шеями еле выползали на улицу, ожидая, пока произойдет регенерация их тканей.

Остальные карлики не решались ступить на лестницу, они стояли внизу, грозили лобастикам копьями, бросали камни и орали.

Зюзя и Обалдуй, помирившиеся после драки, стояли под окном библиотеки и рассуждали.

– Ты веришь в эту… как ее?.. в интуицию? – спросил Обалдуй.

– Не-а, не верю, – ответил Зюзя, вытирая красный нос большим пальцем ноги. (Карликам это легко проделывать: ноги у них такие же цепкие, как и руки. Некоторые из них ухитряются даже держать пальцами ног копье или булаву.)

– А я вот верю, – грустно сказал Обалдуй. – Готов поспорить, мне сейчас кто-нибудь заедет по голове. У меня заранее перед ударом всегда макушка чешется.