Мы – Виражи!

Каким оно будет? Когда появится? Что изменит? Поможет ли маме и папе? Вернёт ли Викки?

Ожидание зудело у Ломика под кожей, особенно на локтях, и он то и дело чесал их.

Ему ужасно хотелось поговорить про обещанное с сестрой, но подходящие слова не лезли на язык. Впрочем, Малинка не умолкала, а перебивать Ломику не хотелось – пусть болтает, раз уж ей от этого легче.

Целыми днями близнецы бродили по городу и постоянно открывали что-нибудь необычное: статую длинноволосой девочки, стоявшую прямо посреди двора возле песочницы, пересохший колодец, в котором жило эхо… Однажды они попали на дегустацию сыра в маленькую частную сыроварню и наелись там до отвала.

Ещё и бабушке набрали в карманы дырчатые кусочки – такие тоненькие, что просвечивались на солнце, – которые, конечно, раскрошились по пути на парковку.

Заблудиться близнецы не боялись. Городок был небольшой. Стоило подняться на любой холм, как с него открывался вид на море. А где море, там и парковка с домиком на колёсах, скромно притулившимся сбоку.

По вечерам, когда солнце клонилось к горизонту, Малинка и Ломик ходили на площадь неподалёку от парковки. Близнецам нравилось там бывать. Море подступало к высокому белоснежному парапету, ограждавшему площадь, и дышало на неё освежающим бризом, от которого покачивались гирлянды цветных фонариков, развешанные между деревьев.

Вечерами здесь было шумно. Люди сидели в уличных кафе, что расположились по краям площади, танцевали, вели неспешные разговоры.

Близнецы каждой клеточкой впитывали чужую радость, растворяясь в этой благодушной загорелой толпе.

Некоторые официанты запомнили неразлучную парочку и, если получали щедрые чаевые, угощали близнецов молочным коктейлем. Или даже кормили круассанами – пышными, горячими.

Пристроившись на парапете, близнецы уплетали угощение, глядя на огоньки кораблей, дрейфующих в море. Они чувствовали себя самыми обычными детьми, приехавшими на отдых. Но потом коктейль заканчивался, последние крошки круассанов исчезали во рту, и Ломик вынимал часы, прикреплённые к подкладке его кармана тугой булавкой.

– Идём, – вздыхал он.

Из шумного веселья близнецы возвращались в печальную тишину домика на колёсах. Всякий раз они надеялись, что там их ждёт Викки, а ещё мама и папа, которые снова стали людьми. Но Малинку и Ломика встречала только бабушка Роза. Её длинная юбка надувалась колоколом от ветра. И Малинке чудилось, что юбка вот-вот зазвонит.