Мы – Виражи!

– Набегались, шилохвосты? Проголодались? – ещё издали гремела бабушка. – А ну скорей ко мне!

Она раскрывала для объятий длинные руки. И близнецы торопились к ней, как торопятся к маяку корабли, потерявшиеся в тумане.

А вечером, когда их уши были вымыты и пятки скрипели от чистоты, Ломик слышал, как Малинка, засыпая, шепчет, словно заклинание:

– Нам нужно обещанное! Срочно! Срочно! Срочно!

И обещанное нашло их.

Глава 6

Цирк дядюшки Жако

В тот вечер близнецы не узнали площадь. Она стала торжественной и нарядной.

На деревьях появились разноцветные флажки и длинные ленты, заработал фонтан, где каждая струйка подсвечивалась огоньком. Зажглось ещё больше ярких огней. Но главное, посередине расположилась невысокая, наспех сколоченная сцена.

– «Странствующий цирк дядюшки Жако», – Малинка прочитала полуистёртую надпись на длинной ленте, протянувшейся над сценой.

Близнецы и раньше бывали в цирке. Но никогда прежде им не доводилось видеть странствующий цирк. Недолго думая, Малинка схватила близнеца за руку и потащила его за собой.

Они прошли к помосту, и Малинка уселась прямо на брусчатку, нагретую за день солнцем. Ломик, конечно, устроился рядом.

Он с опаской озирался, но никто не спросил у них платы за просмотр, никто не прогнал. Близнецы так и просидели целое представление, позабыв о часах на булавке, о бабушке Розе, родителях и вообще обо всём на свете. Там, на сцене, такое творилось!..

Гимнаст гнулся в разные стороны, словно у него костей не было.

Силач подбрасывал в воздух огромную гантель. Дрессировщик в длинном плаще управлял тремя белыми собачками. Маленький клоун («Это же ребёнок, как мы!» – сказала Малинка брату) с огромным носом и в рыжем парике смешил зрителей, изображая урок плавания: сначала у него не получалось надуть огромный круг, а потом он не мог влезть в него из-за своих чересчур широких боков.

Следом за ним на сцене появился сам дядюшка Жако, фокусник, – изящный, как французский повар, с тонкими усиками над улыбчивыми губами, с прилизанными волосами и длинной серёжкой в левом ухе, на кончике которой звёздочкой сверкал маленький прозрачный камень.

Ловкие руки фокусника в белых перчатках чайками летали над сценой, выуживая из воздуха жёлтых канареек и пушистых кроликов.

Последним в цирковом представлении выступил метатель ножей – высокий широкоплечий здоровяк с длинными, как у моржа, усами, весь затянутый в чёрную блестящую кожу.