Мы живем на Байконуре. Лето

Траншею выкопали, а про трубы забыли. Там мы тоже играли и придумали потом, что траншея – это как бы окоп. И в нем прятались от обстрела. А обстреливали кульками с песком, песочными камнями. Пыль конечно поднималась. А когда уж совсем атака, то что б пыли больше было, просто ногой песок в траншею скидываешь, на голову фашистам. Фашистами мы были по очереди, что б никому не обидно было. Так я вам скажу, когда в траншее сидишь, а тебе песок на голову сыпется, да с пылью ещё, то и не видно ничего, и дышать тяжело.

Все как в дыму, песок на зубах скрипит, как после обстрела, кажется что вот тебя тут и засыпет сейчас, и страшно как на войне…

– Как без пожара – спросил я. – Видели же сегодня – у них танк горел. Без пожара никак.

– А сыпать куда будем? – Савва надеется меня отговорить, – щель же узенькая, что туда насыпешь?

– Вот и хорошо, что узенькая, – нашелся я. – Туда и будем сыпать. Понемногу, что б как будто дым пошел, и что б в песке не искупаться. Чуть-чуть, для правдоподобности.

Мое «чуть-чуть» ребят успокоило, и мы стали считаться, кто кем будет. Мне повезло и выпало быть Янеком, Сашка стал Григорием, Савве достался Гуслик. Томаш достался Вовке, но Вовка тогда сказал, что он играть не будет, а просто посмотрит. Тогда Томаш достался Олегу.

– Ничего не поделаешь, – сказал я, – все по честному. Потом и тебе Янек достанется.

Пока мы считались и спорили подошли Венерка с Лидкой.

Лидку мы всегда брали играть, если она хотела. В войну она была санинструктором.

Без санинструктора никак на войне не обойтись. А Венерка пришла первый раз играть. Вообще-то ей не до игр. Семья у них большая, малышей не считано, наверное человек 10, как они в квартире помещаются непонятно. И за всеми Венерка смотрит, она из девочек там старшая самая. Одного на руках, двух в коляске качает, ещё трое у подъезда ползают, ну и остальные в палисаднике сидят цветы едят. Попробуй за всеми усмотри. Некогда ей играть… а тут что то вдруг время у неё появилось.

– Во что играете?

– В танкистов – ответил Сашка.

– Мы тоже будем – говорит Лидка.

– Женщины танкистами не бывают, – говорю я.– Если б в войну играли, тогда пожалуйста, а так…

– Ну ладно, – чуть помолчав согласилась Лидка.

– И ничего не ладно, – сказала Венерка. – Вы же в четырех танкистов и собаку играете. Там у них санинструктор Огонек была. Вот пусть Лидка Марусей будет, а я тогда Лидкой.

Крыть мне было нечем. Пришлось соглашаться.