Мы с братом и Рыжая

Спустившись, я пошарил под деревом и нашёл стрелу, правда тупую. Всё равно могла покалечить. А если бы в глаз! Откуда у неё лук? И лошадь, и теннис, и лук. Спортивная девочка. Да, здорово я её разозлил. Я спрятал стрелу и пошёл разыскивать Ильюшку.

Я нашёл брата возле умывальника, над тазиком с одёжкой. Он исполнял наказание – тёр свои вещи в мыльной воде, а мама стояла рядом и объясняла ему, что он сам виноват. Нечего было пить коку по дороге, дома попил бы из стакана, как все воспитанные дети, что стирать нужно аккуратно, не брызгать грязной мыльной водой на чистую одежду, а то придётся стирать и её, и так далее.

Илья уже был красным от злости, но выхода у него не было. На меня не свалишь. Мне ужасно хотелось сказать, что это ему за все его грехи передо мной, но я сдержался. Вместо этого я наклонился к его уху и тихо сказал:

– Заканчивай скорей, есть новости.

Он внимательно на меня посмотрел и задвигал руками быстрее. Мама тоже покосилась на меня, но промолчала.

Ильюшка сначала слушал мрачно, но, когда я изложил ему свою идею, у него аж глаза засветились.

– Думаешь, получится? – спросил он с надеждой. – А если опять обольёт? Или опять выстрелит?

– Не выстрелит, это точно. Когда я застонал, знаешь, как она испугалась? Она побледнела, и глаза сделались круглые, как у кошки. А если плеснёт – увернёшься, ты же будешь на неё смотреть и заранее увидишь. Только я думаю, что и плескать она не станет. Представляешь, бинт на голове, на нём красное пятно – накрасим фломастером – и ещё под ним на щеке будто струйка крови, тоже фломастером.

И укоризненный взгляд печальных синих глаз. Ну-ну, не надувайся, пожалуйста. Главное, чтобы ты не стал улыбаться как дурак, когда её увидишь. Понял?

Фломастеры и бинт мы заранее перетащили за сарай, и, когда мама ушла на кухню готовить обед, я стал делать из брата «раненого». Забинтовал голову, накрасил на бинте как раз над глазом красное пятно, густое посредине, послабее к краям, нарисовал свежую кровь на щеке и полез на дерево, поглядеть, на месте ли Рыжая.

Так и есть, мелькает в своей комнате, время от времени выглядывает в окно.

Я махнул Ильюшке рукой, и он схватил сумку, будто опять в магазин, и медленно пошёл-потащился вдоль нашего забора, глядя на её окно. Я с биноклем замер на своей ветке. Вид у него был – хоть «скорую помощь» вызывай.

Рыжая выглянула из окна, увидела Илью и замерла. Глаза у неё расширились, руки поднялись к щекам.