Мышонок по имени Филимон

И подумал о том ком-то, чьего имени он не знал, чьих шагов никогда не слышал, и в чьем существовании порой очень сомневался.

«Разве может быть, чтобы кто-то не говорил и не ходил, а, все же, был? Ерунда какая-то».

Но иногда он всем своим мышиным существом ощущал его присутствие. Иногда ему даже казалось, что этот кто-то находится в комнате всегда. А иногда – но еще реже – он позволял закрасться себе в голову странной мысли, что этот кто-то находится не просто в комнате, а – только тсссс – прямо в ящике. В его ящике!

«Уррр, урррр, урррр».

Но Филимон, почему-то, не испугался. Он чувствовал, что этот кто-то не боится. И от этой уверенности его усы перестали дрожать, а глазки открылись, всматриваясь в темноту.

«Уррр»,– еще раз пропел его животик, и Филимон тихо засмеялся.

«Ах ты, обжорка, ты вспомнил вчерашний сыр, и тебе захотелось еще. Но разве надо было так меня пугать»,– и мышонок погладил свой животик, смущенно поводя ушками – хорошо, что никто не знает, что он испугался урчания собственного живота.

Глава 3

Филимон проснулся в радужном настроении. Это, прежде всего, было связано с тем, что накануне вечером он снова нашел в углу восхитительный, ароматный сырный кусочек. Нос его подрагивал, а усы трепетали при воспоминании о находке. И сегодня он проснулся, чувствуя, что этот новый день может принести ему новые открытия. Например, кусок сыра немного большего размера? Или даже два куска сыра?

Правда, в его мышиную голову начали закрадываться сомнения: откуда брался сыр в закрытом ящике? Ведь в этом ящике не было никого, кроме него и, возможно, того неизвестного-непонятного, который, может, был, но, может ведь, и не был вовсе.

Филимон жил в ящике. Ящик находился в комоде, комод в комнате, а комната… а комната была ризницей в церкви, о чем мышонок не имел ни малейшего понятия. Да если бы и имел, увеличило ли это хоть на малость его трепетную любовь к своему темному, наполненному звуками миру? Зато это обстоятельство объясняет фразы, которые порой влетали в напряженно выставленные уши Филимона.

В тот радужный день он услышал шаги Осторожного. Человек заговорил, и Филимон с удовлетворением узнал голос. Это действительно был Осторожный. «Да любите друг друга»,– произнес он.

«Ого»,– подумал мышонок.-«Ну и кого мне тут любить? Я совершенно один».

Филимон задумался. Фраза была хорошая. Округлая такая, вкусно пахнущая.