Попала и попалась

Он глянул на меня, будто узнал – то ли меня, то ли что-то обо мне…

Дирижабль разворачивался с лёгким наклоном, мужчина хромая двинулся к койке, с блаженством растянулся на ней.

– Дай ногу осмотрю, – вздохнула я, садясь рядом. Может, хоть перемотать чем…

Скинуть сапоги помогла, а вот брюки оказались слишком узкими, чтобы закатать штанину. Прямо модник местного масштаба, и явно не из бедной семьи.

– Сейчас сниму, – с готовностью взялся он за пояс.

Всё бы хорошо, конечно.

Но на мужике совершенно не было белья! Никакого!

Пока я помогала ему стащить штаны, усиленно старалась не смотреть туда, где из-под плотной, светло-коричневой замши показалась дорожка с тёмными – в отличие от волос на голове, – завитками. А после солдатиком выскочила плоть – восставшая, вроде и не было никакого ранения, отнимавшего силы и мысли!

– Упс, – ухмыльнулся мужчина, и не думая смущаться.

Кто вызвал такую бурную реакцию, сомнений не вызывало. Это и льстило, и смущало одновременно.

Но я принципиально перевела глаза на ногу. Окончательно стащила штаны, отгоняя ненормальные картины – как влезаю сверху и устраиваю скачки…

С его губ сорвался стон, и я бросила взгляд на лицо, определяя реакцию. Однако зацепилась за стойкого – и вовсе не оловянного – солдатика… точнее солдата, или даже солдатище. О, да, размер был внушителен… и недвусмысленно намекал, что я вполне могу получить всё то удовольствие, которое недодал предыдущий тестостероновый образец.

Рана, в отличие от наших с котом, оказалась не опалённой. Скорее, режущей – от ножа или меча, полоса не слишком глубокая, но кожу всё же вспорола. Швы бы наложить, в крайнем случае тугую повязку…

Блондин принялся расшнуровывать рубаху, и я на миг застыла, затаив дыхание и желая разглядеть все те кубики, которые в моём мире доступны лишь спортсменам, тратящим на тренировки долгие дни и часы. А тут гляди-ка, второй встречный, и достойный обладатель!

От предвкушения даже закусила губу.

Сейчас вылечить бы, и всё то время, что мы летим до Сверума – а это наверняка несколько часов, если не пара дней! – предаваться удовольствиям. Разнообразным.

Его солдат так и стоял, поблёскивая головкой, и я даже облизала губы, желая охватить… Ох, что бы я с ним вытворяла!

– Давай, – шепнул он, с явным удовольствием прижмурившись.

– О чём ты? – отмерла я.