Не пожелай зла…

Кирилл в ответ вдруг широко улыбнулся и спросил:

– А тебе самому это не надо?

– А на что?

– Рыбкам!

– Нет у меня рыбок!

– А у меня есть!

– Возьмете?

– А то! – Кирилл достал из ящика стола смятый прозрачный пакет, видимо, от уже съеденных бутербродов, и ссыпал туда червей с тетради Кузичевой, полюбовался шевелящимся розоватым комком и крикнул в спину уходящему Иващенко: – Ты еще приноси, если что!!

Оставшиеся двадцать минут урока литературы для Назара пролетели незаметно, поскольку он напряженно размышлял о том, какой может быть смысл в мотыле? Для чего уже второй девчонке их класса кто-то подкладывает червей? Понятно, что не на радость.

На радость подсовывали бы цветочки-лютики или шоколадки. И ведь изощряется гад! Одной светлый пуховик испоганил, второй – тетрадь по литературе. Аккуратистка Лерка на уроках все наспех записывает в блокнотики, а потом дома красивым почерком переписывает в тетрадочки разноцветными ручками, украшает виньеточками и картиночками в тему. И тут вдруг прямо среди виньеточек извивается мотыль! Бедная Кузичева! В самую душу плюнули! Но зачем? Лерка существо абсолютно безобидное! Или, как предполагается, в тихом омуте черти водятся? Или черви? Назар еле удержался, чтобы не расхохотаться собственной придумке. Хорошо, что тут же прозвенел звонок с урока, и уже можно было с чувством весело и молодецки гыгнуть. И не только по поводу собственного остроумия. Было радостно, что его на литературе не спросили. И еще выяснилось, что литераторша Агния Петровна не успела проверить сочинения 9 «А». Если бы успела, то Назар наверняка получил бы три с минусом, если не лебедя. Ну не получаются у него сочинения! Не писатель он! В общем, сегодня он домой ничего плохого не принесет, а потому можно отправиться в столовку и что-нибудь на радостях съесть.

В столовой за винегретом с котлетой Назару почему-то опять не к месту подумалось про червей. Кире их могли подложить, когда угодно. В гардероб всегда можно беспрепятственно пройти мимо охранника и так же свободно выйти из него обратно.

Кирилл даже не пошевелится – много чести за каждым следить. А вот Кузичевой мотыля могли подложить только на перемене перед литературой. Она была вторым уроком, так что до нее тетрадь все время была в Леркиной сумке, и добраться до нее никто не мог. Перед литературой они все забросили свои сумки и рюкзаки в кабинет и вышли. Агния Петровна обычно никого в классе на перемене не оставляет.