Нина и Арка Света

Баул, все так же скользя по полу, последовал за ним, позвякивая содержимым, будто внутри у него находились какие-то металлические предметы и кухонная утварь. Ребята с любопытством уставились на баул, способный передвигаться самостоятельно, гадая, что на самом деле может в нем находиться.

Профессор бросил взгляд на старинные часы, висящие в лаборатории: они показывали ровно полдень.

– Увидимся чуть позже, дорогой Бириан, – сказал он русскому другу. – Ровно в четырнадцать ноль-ноль все собираемся в Апельсиновом Зале.

Ческо поднял руку:

– Нет, в Апельсиновом Зале нельзя. По-моему, там наш мэр.

Бириан что-то буркнул, а профессор улыбнулся:

– Очень хорошо. Буду рад познакомиться с Людовико Сестьери.

– Нет, мэр в Зале Розовых Углов, – поправила Ческо Рокси.

– Дед, – встревожилась Нина, – но ты и Бириан – призраки. Как ты собираешься объяснять ему это?

Профессор положил руку ей на плечо:

– Не беспокойся, девочка. Увидишь сама, мэр с удовольствием побеседует со мной, а в Бириане он несомненно найдет еще одного любителя сладких лакомств.

Биров потряс толстенной книгой, которую до сих пор не выпускал из рук:

– Сообщаю, это «Кондитимус» – самый полный в мире атлас отборных рецептов сладостей. Можете не сомневаться, что в нем полно вкусных аргументов, которые позволят мне легко найти общий язык с синьором Людовико.

Рокси рассмеялась, а вслед за ней рассмеялись и остальные.

– Значит, договорились: встречаемся ровно в два, – повторил профессор и исчез в лаборатории, закрыв за собой дверь.

Бириан с черепами на плечах положил книгу рядом с зеленой лампой и вежливо попросил ребят сесть на пол в самом центре комнаты:

– Пока есть время, расслабьтесь и послушайте, что я вам скажу.

Четверка юных алхимиков подчинилась, готовая выслушать авторитетного старшего товарища, прибывшего с Ксоракса специально, чтобы оказать им помощь.

Едва дверь лаборатории закрылась, аромат находящихся в ней специй опьянил профессора Мишу.

– Ах, как я люблю этот запах постоянно кипящей в котле смеси сапфира и золота! Не знаю почему, но мне кажется, он сильно отличается от того, чем пахнет та же смесь, кипящая в огромном тигле Мирабилис Фантазио. Может быть, секрет в том, что именно здесь, в этой лаборатории, я сделал свои самые важные алхимические открытия. На Ксораксе все прекрасно, но я очень скучаю по жизни на вилле «Эспасия».

Легкая тень грусти пробежала по лицу профессора.