Новый год и лето

Войдя в комнатку, где хранились разные вёдра, тряпки и бытовая химия, и закрыв за собой дверь, невидимки сбросили волшебную мантию и предстали перед перепуганным незнакомцем.

– Ну, здравствуйте, молодой человек. Вот мы вас и поймали, – обрадованно потёрла руки госпожа Кобалье.

– А что я такого сделал? З-з-зачем вы меня поймали? – Эльф отступил в угол комнаты и выставил перед собой швабру.

– А зачем вы заколдовываете продукцию этой фабрики? – Пожилая дама вплотную подошла к уборщику и вырвала у него из рук служебный инвентарь.

Лорд Беккер спикировал вниз и требовательно посмотрел парню в глаза:

– Говори, где Патейто?!

Молодой человек в ужасе закрыл лицо руками.

– Друзья, перестаньте его пугать! Ну что за методы?! – профессор Петров осуждающе взглянул на Ванессу и призрака.

– Юноша, нам, действительно, очень нужно узнать причину, по которой вы зачаровываете продукцию этой фабрики.

– А если скажу, отпустите?

– Ну, конечно, если у вас нет злого умысла.

– Нет никакого злого умысла, просто мне очень нравится одна девушка, она работает в кафе возле Большого театра.

Туда поступают пирожные с этой фабрики. Моя подруга их очень любит. И ещё она гордится тем, что в их заведении самые вкусные кондитерские изделия в городе. Вот я и делаю ей приятное. Я живу недалеко, и мне не сложно во время утренней пробежки завернуть сюда, прикинуться кем-нибудь из работников фабрики и сделать продукцию ещё более вкусной. Ведь это не преступление?!

– Ну, в принципе, нет, – госпожа Кобалье разочарованно отошла от парня, – если не считать того, что ты каждый день морочишь голову охраннику, а это категорически запрещено правилами поведения рождественских эльфов, находящихся на территории проживания людей.

Но надо признать, что у тебя талант. Таких чудесных пирожных я не ела и в эльфийских кондитерских. А там-то уж точно подколдовывают!

– Так ты ничего не знаешь про Патейто? – Лорд Беккер порылся в своей коробке из-под печенья, достал оттуда фоторобот злодея и сунул под нос молодому человеку.

 – Эта физиономия тебе никого не напоминает?

– Нет-нет, что вы! Мне известно, как он выглядит, – парень в страхе опять закрыл лицо руками, – ведь зимой все наши газеты пестрели фотографиями этого эльфа. Но я никогда не встречал его и встречать не хочу.

– Извините, а как вас зовут и почему вы живёте среди людей? – Леонид Яковлевич забрал у призрака портрет Патейто, аккуратно сложил его и засунул назад в коробку.

– Моё имя Гарри Чаушеску.