Норвежские волшебные сказки

А отвратительнее урода с рогами, что восседал посреди жаркого огня, на всём белом свете не сыщешь.

А уж как ведьмы-то разошлись! Они кружились в танце всё быстрее и быстрее, аж в глазах рябило – будто на водопад с тысячами разлетающихся брызг смотришь. И каким бы страшным ни было это зрелище, Анна не могла удержаться от смеха. Вновь ей пришлось губу закусить, истинная правда! Видели бы вы фрёкен Пребенсен: нос кверху, шёлковые юбки развеваются вокруг тощих ног, а на губах застыла прелестная улыбка.

Рядом выплясывает Берте Хаугане: «Оп-ля, хоп-ля-ля!».

Иллюстрация к рассказу «На горе Колсос» из книги «Волшебство», 1892.

«А йомфру Энерсен, вы только поглядите!.. Ха-ха-ха!».

Но самое веселье началось, когда Малла Бёрресен, закружившись в танце, хлопнулась навзничь и сломала свой длинный нос. Вот уж все хохотали; сам Чёрт, восседавший на костре, ржал как сивый мерин.

…Анна была девушкой смышлёной. «Хорошего понемножку, надо и на следующий разок оставить», – подумала она.

Потихоньку прокралась обратно к комодному ящику, вынула камни и шепнула: «Неси с горы Колсос!», и ящик во весь опор понёс её домой…

На следующий день йомфру Энерсен всё удивлялась, откуда на дне ящика такая большая трещина.

Малла Бёрресен, очевидно, упала с лестницы, потому как на носу у неё красовался огромный пластырь.

А когда Анна отправилась к лавочнику за зелёным мылом, ей снова пришлось закусить губу, чтобы не расхохотаться. В лавку важно вплыла надменная фрёкен – нос кверху, шёлковые юбки шелестят вокруг тощих ног: «Шпилек для волос на три шиллинга[7 - Шиллинг – мелкая разменная монета, имевшая хождение в Норвегии в XVI–XIX вв.

]. И будь любезен, голубчик, обслужи меня первой!».

Морской тролль

Как-то поплыли Юхан Перса и Элиас Нильса на острова, поохотиться на морских птиц и собрать птичьих яиц. В тот день им везло: жирных гаг настреляли да яйцами целый ящик наполнили. Из дома они взяли с собой кофе и еду, да к тому же в лодке припасли небольшую фляжку – надо ж себя побаловать.

Развели костёр, закурили, поболтали немного о том о сём, а потом Элиас и говорит Юхану: «Последи-ка ты за кофе, а я возьму лодку и порыбачу».

В тот день клёв был отменный, но ни одной рыбёшки поймать не удавалось. Казалось, будто чья-то крепкая рука дёргает за крючок, а когда вытаскиваешь леску – крючок пустой. Тут Элиас и заподозрил, что дело нечисто.